А ещё, мне отчего-то кажется, что все у него пошло не по задуманному им первоначальному плану. Начал импровизировать и теперь не знает, как быть… Неужели его Шмелев как-то спровоцировал?
— Если не заткнешься, я тебя сам заткну! — пообещал офицер.
— Не думаю, что у тебя это получится, — хмыкнул я. — Кстати, а что ты сделал со Шмелевым?
Он не ответил. Явно разозлившись, Лосев направил мне в лицо фонарь, рывком приблизился ко мне, намереваясь ударить рукоятью пистолета, но я оказался ещё быстрее… Завалившись вправо, я ударом руки наотмашь выбил у него фонарь и шустро соскользнул с плоского камня, бросившись ему под ноги.
Когда я исчез из луча света, он опешил. Вскинул пистолет и даже успел выстрелить в камень, где я был всего секунду назад… Громыхнул быстрый, но совершенно бессмысленный выстрел, а вслед за ним раздался и полный злости, ярости и боли крик Лосева — удар ногой в колено это весьма болезненно, особенно если он нанесен быстро, с силой и неожиданно. Особенно, если ботинком с толстой ребристой подошвой… Я совершил перекат влево, затем ещё один и нырнул за камень.
Можно было бы вновь атаковать капитана, но вряд ли бы теперь он промазал… Да даже стреляя навскидку, не попасть сложно. А мне лишние дыры в теле ни к чему.
Я совершил самое главное — выстрел Лосева наверняка привлек душманов, которые безусловно очень удивятся, кто это тут вздумал стрелять, да ещё и в темное время суток. Нужно только ещё немного потянуть время и самим не попасть в лапы к духам. Ещё неизвестно, что хуже.
Снова пленником становится я не собирался."
"Так, ну сержант Шмелев, судя по всему, мертв. И хотя выстрела не было, Лосев вполне мог пырнуть его ножом или долбануть по голове ключом на «тридцать два»… Проверять некогда. Вероятно, тот его как-то спровоцировал.
— Ах ты сука! — яростно взревел офицер, поднявшись на ноги. — Громов, ты что удумал? Думаешь, тебе удастся от меня сбежать? Люди, что стоят за мной, тебя где угодно достанут!
О, даже так? Ну теперь-то мне стало ещё интереснее, чье же внимание я привлек и чей заказ выполняет Василий Николаевич? Вот старый козел, а ведь первоначально произвел на меня благоприятное впечатление… Внешность обманчива, убеждался в подобном уже не один раз.
И все же, кем он был завербован? Кто ещё мной заинтересовался помимо американца Джона Вильямса?
Луч света хаотично замельтешил по сторонам — подобрав упавший фонарь, противник просто не понял, куда я делся и теперь спешно пытался исправить ситуацию.
