Лекарь для дракона

Насколько я знал, Мельдор неожиданно изменил свою позицию и вместо того, чтобы пойти на компромисс выставил новые требования, заявив, что Энарра должна отдать им все имеющиеся шахты ариферма.

Это было неприемлемо.

Раэндир тянул время, но сегодня, после того как я расскажу ему, что у нас есть, у него будет чем ответить. Теперь нам не страшна любая ситуация, даже если они снова подтянут силы к границе и нападут.

Но утром неожиданно появилось ощущение, которое в последний раз появлялось у меня, когда я был в столице.

Дракон внутри бесновался и рвался наружу. Я даже обернулся и полетел, хотя сперва собирался перейти порталами. Но понял, что гораздо быстрее и безопаснее для других будет, если я доберусь на крыльях.

…Но я не успел долететь. Когда пролетел почти весь путь, и до столицы оставался примерно час пути, это произошло примерно после десяти часов полёта, у меня в груди вдруг родилось пламя, и оно вышло из-под контроля. Хорошо, что там не было жилья.

Очнулся я в облике человека. Я лежал посреди воронки выжженной травы и земли, на куче пепла, а надо мной было темнеющее небо.

Наступал вечер.

У меня было странное ощущение, я вдруг понял, что больше не будет этих всплесков. Как будто я неожиданно обрёл себя. Я обернулся в дракона, и понял, что могу взлететь, вызвать огонь и совершенно спокойно обернуться обратно.

И я замер, глядя вдаль, словно пытаясь рассмотреть, где она, та, что подарила мне небо?

Восстановилась я после родов довольно быстро, вот она прелесть нечеловеческой регенерации.

На работу в госпиталь всё равно пока не холила, но за две недели мы с малышом привыкли друг к другу. Папы у него не было, а вот дедушка очень даже был.

Барон Аронар приезжал почти каждый день. Сначала побаивался брать малыша в руки, просто подолгу смотрел на малыша. Но через три дня привык, и даже выхолил с ним гулять.

Но я решила, что как только увижу лорда Каэнарра, расскажу ему про сына. Теперь мне было спокойно, я чувствовала себя защищённой, но считала неправильным чтобы у малыша жизнь начиналась со лжи.

В городе всё было спокойно ровно до того момента, как однажды утром, нарушив перемирие, на нас напали мельдорцы.

Оказалось, что всё время перемирия Мельдор стягивал силы к границе Энарры, для того чтобы в один прекрасный момент нанести этот подлый удар.

Мельдорцы в первые же сутки ударили по всем приграничным фортам.

Я, оставив ребенка Кларине, поехала в госпиталь. Ещё на улице возле госпиталя стало понятно, что всё плохо.