Лекарь для дракона

Было страшно ехать по улицам города, улицы были пустые, кое-где нам попадались военные патрули, периодически над нами пролетали драконы.

Я тоже знала про драконов, что у ариферма было ограничение по времени, иначе потом можно было получить необратимые проблемы со здоровьем. А здесь получается, что они летали практически всю ночь, да ещё и с утра шло патрулирование территории в небе.

— Действительно, — согласилась я с Ниратом, — весьма необычно.

Лекарь просто захлёбывался от восторга, когда вооскоицал:

— Им не нужен ариферм! Мы же никогда не считали, сколько таких пар, в которых есть полностью проявленные драконы.

Несколько успокоившись, лекарь Сайен добавил:

— Всё-таки он великий военачальник. И вовремя, как раз, когда Мельдор совершил своё подлое нападение, они пришли нам на помощь.

У меня внутри зародилось нехорошее предчувствие, почему именно меня вызвали? Я, конечно, сразу задала этот вопрос.

Я поняла, что лекарь Сайен имел в виду мою «сострадательную» магию, не лекарскую

— Генерал здесь? — я начала оглядываться.

— Он в Сартаисе, — ответил Сайен. — Но сейчас руководит зачисткой тех районов, которые были захвачены мельдорцами. Там очень много пограничных гарнизонов попали под их вторжение. Но он сюда обязательно вернётся. Он заинтересован в жизни принца как никто.

— Ты же сможешь ему помочь? — спросил лекарь Сайен

— Конечно, сделаю всё возможное— сказала я. — Пойдёмте посмотрим.

Я быстро переоделась и прошла в палату, где находился принц.

Принц Мельдора был красив, правда это была совсем другая красота, чем у Каэнарра. У генерала была хищная, мрачная, брутальная красота, а принц больше походил на ангела: длинные белые волосы, сейчас свалявшиеся и слипшиеся от крови, тонкие черты лица. Я обратила внимание на его руки, у него были длинные пальцы, похожие на руки пианиста или хирурга. Но при всём при этом принц обладал атлетическим телосложением. Он не смотрелся хрупким, и, как и все драконорождённые, был большого роста.

Магия моя молчала, и мне нужно было найти в принце что-то, что могло вызвать сострадание. Я представила, что у него тоже есть мать, которая вот так же, как я своего сына, его рожала в муках, смотрела за тем, как он растёт.

И моя магия включилась.