Наверно, это справедливо.
Но они оба мужчины, и выяснят этот вопрос по-мужски. Зальют весь мир кровью, но не остановятся, пока кто-то из них не перестанет дышать.
Реиган оставляет Анну засветло. Он укрывает ее, укутывая в одеяла и задергивает полог. Уйти, пока она спит, показалось ему правильным. Если она заплачет, он просто не выдержит. Ему безразличны любые женские слезы, но только не ее.
– Доброе утро, величество! – Бреаз подходит к нему и кладет руку на плечо. – Послушай, Рэй, – его слегка потряхивает, – слышал, здесь принцесса, – он облизывает губы, явно нервничая, – значит, сбежала… ради тебя.
Любит тебя, кажется.
– Давай, скажи, что не имеешь к этому отношения, – усмехается император.
– Брат, – Алан наклонился ближе, – ради нее не лезь на рожон. У тебя только кости срослись. Ты понимаешь, о чем я…
О том, наверно, что Реиган потерял подвижность в плече. Он быстро устанет рубить с седла, но о том, чтобы сидеть где-нибудь вдалеке, не будет и речи.
Денвер подходит со спины, в шутку отвешивает поклоны, надевая перчатки с металлическими шипами.
Он тоже кладет руки на плечи друзей и склоняется к ним:
– Что за междусобойчик? – усмехается он.
– На тебе левый фланг, Гийом, – холодно говорит Реиган, грозно взирая на Алана. – А ты, герцог, с правого.
Бреаз резко распрямляется и нервно трет нос.
– Я могу повести всю армию, Рэй. Искуплю свои грехи. Незачем тебе так рисковать.
Денвер, наконец, понимает. Он становится серьезен и просто ждет решения императора.
– Я уже отдал приказ, – говорит Реиган и идет к своему коню. – Исполнять.
Знаменосец, увидев своего императора распрямляется.
Рэй вскакивает в седло. Оруженосец подает ему меч.
Император бросает взгляд на свой шатер, и его сердце на секунду останавливается – Анна стоит на входе. Ее растрепанные волосы едва схвачены лентой, из-под платья виднеются босые ножки. Она, кажется, едва успела одеться и сразу выскочила, боясь упустить его. Сердце Уилберга так сильно толкается в груди, что он болезненно морщится.
Глава 41
Реиган все-таки спешивается и входит в шатер, и Анна пятится, запуская его, и смотрит ему в глаза упрямо и решительно. Он готовится держать оборону, может быть, утешать, доказывать, убеждать, в конце концов. Но принцесса удивляет его. В очередной раз. Она подходит к фигуркам на столе, всматривается в карту, на которой те стоят, обозначая расположение пехоты и конницы.
– Где будешь ты? – спрашивает она и вскидывает ресницы.
