Нет уж, умирать в этом корсете я не собираюсь. Хотя бы вздохнуть полной грудью напоследок. Но запоздало до меня доходит, что без помощи я не разденусь. Шнуровка сзади – это ж надо!
Сдается мне, это платье убьет меня раньше, чем это сделает Реиган.
Долго ищу, чем бы распороть швы. Руки медика созданы для скальпеля, но в массивном столе принцессы я нахожу лишь нож для конвертов. И то годится.
Становлюсь ближе к окну – робкий рассвет уже пробивается из-за горизонта. Не успеваю занести нож – за дверью в покои раздаются шаги.
Слышу голос принца сопровождающим: «Ждать!»
Он входит один и застает меня с ножом в руке. Останавливается на пороге, а его губы кривятся. Выглядит неважно – мрачен, хмур и еще более демоничен. Длинные черные волосы добавляют дьявольщины в его образ.
Сжимаю нож сильнее и понимаю, как глупо это выглядит. Я в теле хрупкой девушки, которая в два раза меньше Реигана. А он – воин, хоть и принц. Мы явно не соперники. А, если он пришел огласить приказ о моей казни?
– С восходом солнца ты отправишься в северный замок, Рьен, – говорит принц.
– Ты пробудешь там под охраной. Попробуешь бежать, найду.
Растерянно киваю, боясь радоваться. Что это за место – Рьен? Чертово захолустье? Пусть так – хоть в дыру засунь, главное подальше отсюда.
– Ничего, к чему ты привыкла, там нет, – сообщает Реиган.
– Устраивает.
Он вскидывает бровь – явно рассчитывал на слезную истерику. А мне бы только уехать поскорее.
– Никаких лишних средств, – выдвигает еще одно условие.
– Хорошо.
Могу собираться?
Желваки на его щеках ходят ходуном. Он подходит ко мне, и я сглатываю, сжимая нож. Взгляд Реигана скользит по моей руке, пока не останавливается на сверкающем лезвии. Быстрым выверенным движением он хватает меня за кисть и забирает нож, бросает его на пол.
– Хотела покончить с собой, Анна? – спрашивает, казалось бы, спокойно, но губы снова поджимаются.
– Нет.
– Нет? Меня хотела ранить?
– Нет, – возмущенно качаю головой. – Раздеться. Мне дышать нечем, а до шнуровки не дотянусь!
– Где Элен?
Теряюсь на секунду, но отвечаю правду:
– Выгнала.
"
"Реиган вряд ли поймет причины моего поступка. Он молча хватает меня за руку, толкает к кровати – я врезаюсь в стойку, поддерживающую балдахин, и не шевелюсь, обхватывая ее ладонями. Я чувствую натяжение шнуровки – муж развязывает и ослабевает ее. Наконец, я могу вздохнуть. А руки дрожат. Поворачиваю голову, замечая, что принц отходит.
– Почему не выпила яд? – вдруг спрашивает он.
