Его руки были уверенными и ловкими, каждый шов и складка были на своём месте.
— Кстати, — начала я, пока Амброзий возился со шнуровкой, — что ты знаешь о свите генерала?
Амброзий на мгновение задумался, продолжая работу.
— Не так уж и много. Военные обычно не делятся своими историями с теми, кого считают предателями. Знаю, что Герхард и Жан — бывшие солдаты армии северных драконов. Жан почти год провел в плену Вальтеры. Там потерял руку. Король драконов не очень-то жалует обмен пленными, но генерал все же смог его убедить.
Герхард явно из офицеров, но про него я знаю меньше всего.
— А Юджин? — спросила я, стараясь не двигаться, чтобы не нарушить работу портного.
— Юджин не воевал, — ответил Амброзий, его голос стал мягче. — Он слишком добрый и чувствительный для этого. Его определили в пехоту, но в бой он так и не пошел. Говорят, генерал буквально вытащил Юджина из петли, беднягу хотели показательно повесить за трусость.
Я тяжело вздохнула.
Недаром Эйдена так любят его слуги. Это не случайная преданность, дракон ее заслужил. А мастер Корвин? Он как раз не похож на вояку.
Тем временем Амброзий взял юбку и начал аккуратно прикалывать её к лифу, проверяя каждую складку.
— А у Эйдена есть враги? — спросила я, пытаясь понять, кто мог желать ему зла.
Амброзий замер на мгновение, затем продолжил работу.
— У каждого правителя и военачальника есть враги, — сказал он. — Почему вы спрашиваете?
Я колебалась, стоило ли рассказывать о своём открытии Амброзию.
Даже самого надёжного человека из окружения Эйдена могли заставить, угрожая, околдовать. Но Амброзий сидит в темнице, без права выхода, без зеркал, практически без магии. Он был единственным, кто точно не мог отравить Эйдена. А мне так нужно было с кем-то поговорить…
Глава 12.2
— Мало ли, я просто подумала, что плохо знаю его окружение, к тому же мастер Корвин меня смущает, — тянула я время.
Амброзий вздохнул, оставил юбку и встал передо мной, сложив руки на груди.
— Я все равно не могу так работать, ты ерзаешь и нервно топаешь ногой, — за спиной Амброзия едва заметно колыхались огненные крылья, похоже он уже начинал сердиться.
— Ничего, просто переживаю.
Я хотела увильнуть от ответа, но сапфировые глаза феникса искрились, магические существа отлично чувствовали ложь. А еще меня вызвали красные уши и искусанная губа.
