И я сдалась:
— Эйдена, то есть Его Высочество генерала Эйденбрана отравили! — выпалила я, и поток мыслей водопадом полился наружу, — да, он добр к людям и вроде как милостив, но он дракон. Драконы подчинили людей, и многим это не нравится, ведь так?"
"Я попыталась сделать шаг и поняла, что все это время стою на большой кадке, как на подиуме. Я даже не помнила, как здесь оказалась.
— В общем, три вопроса: кто его отравил; зачем его отравили; чем его отравили?
Кадка была небольшой, но я умудрялась по ней переступать, так как стоять на месте было совершенно невозможно.
— К счастью, я почти уверена, что знаю яд.
— Элиана, осторожно, — феникс подал мне руку потому, что я чуть не слетела с постамента, запутавшись в шлейфе.
— О, спасибо, — я посмотрела в сапфировые глаза феникса, в них была досада и ни капли удивления.
— Все это очень интересно, но вы не могли бы замереть, — строго сказал он, — я натыкал в юбки булавок и не хочу, чтобы первая и единственная леди замка превратилась в ежа.
— Вы слышали, что я сказала только что? Эйдена отравили.
Феникс пожал плечами, помог мне спуститься с кадки и вернулся к шнуровке.
— Я при дворе горных драконов не первую сотню лет, дорогая. Похищения, отравления, интриги — моя стихия. Интересно, как вам удалось узнать о яде, когда даже лекарь не в курсе.
— Именно! Что, если он замешан? Делает вид, что все хорошо, тянет, пока не станет поздно?
Амброзий ослабил шнуровку, и я вздохнула полной грудью. Очень хотелось принять можжевеловой настойки и закусить синенькими ягодками, которые так любит баба Мира.
Надо обо всем рассказать Эйдену и пусть разбирается сам.
— А еще не поздно? — поинтересовался феникс, освобождая меня из плена платья.
— Нет, конечно. Похоже, Эйдену попало не слишком много яда. Если я не ошиблась, то это «мертвый сон», в слабой концентрации он работает медленно. Но если затянуть с противоядием, тогда эффект станет необратимым.
Амброзий аккуратно снял с меня платье, чтобы дошить его. Я почувствовала легкость, словно сбросила груз.
— Может, стоит сказать Герхарду? — предложила я, пока феникс раскладывал свое творение на дыбе.
Амброзий посмотрел на меня и нахмурился.
— Думаю, пока не стоит. Я повидал много дворцовых интриг и могу сказать, что иногда молчание — лучший союзник. Если предатель все еще в замке, он может и тебе навредить.
Я задумалась. Его слова звучали логично. Мне нужно быть осторожной и обдумывать каждый шаг. Если Амброзий прав, лучше не рисковать.
