Шельма поднялась на задние лапы и упёрлась передними мне в живот, вопросительно заглядывая в глаза. Я несколько секунд тупо пялилась на неё, чувствуя, как нарастает странное напряжение в теле.
Попыталась наложить на себя успокаивающее заклинание, но ничего не получилось — магия просто не собиралась на кончиках пальцев, как должна была, а диссонировала в груди, причиняя боль и сбивая дыхание.
Голова резко закружилась, ноги перестали держать, и я начала плавно оседать на пол.
Шельма взволнованно заметалась вокруг, а потом вдруг ринулась прочь, оставив меня одну.
Я прислонила ладони к холодному полу, пытаясь найти в нём опору и остудить разгоравшийся в груди странный огонь, но это слабо помогало.
Постаралась дышать размеренно и плавно, пыталась обрести контроль над телом и неподчиняющейся магией, но это было слишком сложно. Я горела изнутри, и этот пожар разливался по телу — от сердца к шее, голове, рукам… Я знала только одно: когда он дойдёт до низа живота, где прячется маленькая искорка, он выжжет её дотла.
В глазах темнело, но я дышала и сдерживала его изо всех сил.
По коридору уже грохотали чьи-то шаги и цокали когти Шельмы, но я ничего не видела — ослепла от усилия сдерживать огненный ураган боли, разрывающий грудь.
Примета 43: если ты не помнишь о бывшей, это не значит, что она не помнит о тебе
Двадцать третье сектеля. Полночь
Эрер Прейзер
Воспоминания возвращались кусками, каким-то рваными обрывками словно чужого прошлого и несли с собой только боль.
Чем больше Эрер вспоминал, тем тяжелее становилось у него на душе. Служба, от которой он с такой лёгкостью отказался, теперь вспоминалась, как череда опасных, но весёлых приключений с надёжными друзьями, которых ему будет не хватать. А семья… Семья у него, оказывается, была. Получалось, что он ввёл в заблуждение Таисию, и теперь чувствовал себя так, будто в дерьмо нырнул."
"Всё началось с момента, когда тот смутно знакомый маг из родного города назвал его насильником.
Это подняло со дна огромный пласт воспоминаний, без которых он прекрасно обходился, настолько паршивыми они были.
Теперь он помнил всё.
Дженера.
Знакомство. Сначала — строго по делу, ведь она училась на целительском факультете, а он — на боевом. Рассечённая бровь. Сломанный палец. Её улыбка, смех, запах. Он пропал совершенно, влюбился без памяти. Спустя несколько недель ухаживаний она ответила взаимностью, не посмотрев на то, что он младшекурсник.
