Он был уже довольно взрослым, когда я родилась, так что делить было нечего. Наоборот, он иногда привозил игрушки и подарки, но сидеть со мной отказывался, так что мы тоже не близки. А потом у меня началась школа, а он переехал в другой город, завёл семью и детей. Мы никогда не ссорились, но практически чужие друг другу.
— Я теперь даже не помню, в каких мы с Гаем отношениях. Помню только, что от меня отрёкся отец, но не знаю причины. Думаю, без брата тут не обошлось, он имеет большое влияние на отца.
— К сожалению, я ничего не знаю о твоей личной жизни.
Эрер болезненно сморщил нос и потёр виски. Я запоздало поняла, что ранение снова даёт о себе знать. Так и было. Я сняла боль и предложила вернуться в постель.
Мы говорили и говорили до самого утра. Словно поминали прошлое, потому что хотели его похоронить и начать всё заново. Но эффект получался обратный. Вместо того чтобы дать былому покоиться на дне минувших дней, мы разворошили его.
И в глубине души я знала, что оно вернётся.
Примета 35: чем слаще сок, тем быстрее он сбраживается
Тридцать первое юлеля.
Полдень
Таисия
Открывая глаза поздним утром, я больше всего боялась, что Эрер исчезнет. Просто растворится в темноте, в которой беззвучно украл моё сердце, и оставит одну.
Однако он лежал рядом во всём великолепии первозданности — скинув покрывало и бесстыдно сверкая крепкими, белыми ягодицами. Я на секунду задохнулась от зависти к самой себе.
Хорош же! Чертовски хорош!
Настолько хорош, что где-то должен быть огромный подвох.
Не бывает же так, чтоб всё идеально. А мужики идеальными не бывают уж точно — это противоречит их простой мужской природе, стремящейся к равновесию.
Так что с ним не так?
Такие банальности, как ковыряние в носу или какой-нибудь другой части тела, неумение убирать за собой, раскидывание носков и прочих важных вещей можно было сразу исключить — ничего подобного я за ним не замечала.
Где же подвох?
Шельма мага вроде тоже приняла — вон, сопит в ногах, устроив гнездо из той самой части покрывала, которую столь опрометчиво скинул с себя Эрер.
Когда я пошевелилась, он во сне обнял меня тяжёлой рукой и по-хозяйски притянул к себе. Мол, куда собралась? Моё. Никому не отдам.
У меня аж дыхание сбилось от острого приступа счастья. Чёрт с ним, с подвохом. Потом разберёмся.
Нужно было вставать, ведь Талла с Луняшей привыкли приходить ко мне в дом сами, запросто. Не хватало ещё, чтобы они увидели Эрера в расхристанном и сонном виде. Ну уж нет! Обойдутся.
