И, шагая в сторону Преображенки, на исходе этой бесконечно долгой и суматошной ночи, я думал о том, что Лыжина во сне обманули — будущее открыто для тех, кто никогда не забывает своего прошлого.
…Пробежали годы, просочились в вечность, как вода в сухой песок.
Разошлись по миру ученики, читают врачи написанные мною «Парамирум» и «Парагранум», изданы тома моей «Большой хирургии». Более полутысячи рукописей оставляю я людям.
И радуюсь дню окончания трудов моих и приходу покоя.
Плыву я над гранью двух миров — она неразличима и реальна, как полуденный морской горизонт.
Еще миг, и я перейду эту грань, вынырнув в другом, прекрасном и трудном мире. Пылью забвения рассеивается тягостное прошлое, я, как дитя, рождаюсь в солнечном будущем, и не пугает меня могильная плита, которую я отсюда прозреваю.
Начертано на сером камне:
«Здесь погребен Филипп-Теофраст, превосходный доктор медицины, который тяжелые раны, проказу, подагру, водянку и другие неизлечимые болезни тела идеальным искусством излечивал и завещал свое имущество разделить и пожертвовать беднякам.
В 1541 году на двадцать четвертый день сентября сменил он жизнь на смерть».
Но нет во мне страха, ибо не сменить смерти жизнь, отданную страждущим в мире сем…"
