Ленточки для Стихии (СИ)

Верь мне…

Судорожно кивнув, сама молила всех известных и неизвестных богов, чтобы он ушел. Пожалуйста. Мне так страшно, когда ты рядом. Пусть ты убрал ленты, но теперь я знаю, что ты такой же, как он.

Монстр. Беспощадный и безжалостный убийца.

— Устала? Отдыхай… Я приду завтра. Хорошо?

— Да. — вымученно улыбнувшись, заметила в глубине его глаз досаду. Я знала, как это выражалось. Именно досада на то, что я лгу. Он всегда видел ложь… — Это всё так неожиданно и страшно…

Кивнув уже увереннее, причем уже не глядя на меня, а полностью уйдя в свои мысли, папочка наконец встал и, криво улыбнувшись напоследок, ушел, лишь в дверях оглушив известием.

— Я зайду завтра ближе к обеду и мы поговорим о твоём будущем уже более детально.

О моём будущем? О КАКОМ будущем???

Пустым взглядом рассматривая закрывшуюся за папой дверь, не могла мыслить связно.

Если утром я думала, что просто стала чуть лучше, чуть сильнее, чуть здоровее, то теперь… я его ненавидела.

Его. Именно его.

Того голубоглазого демона, из-за которого я узнала страшную правду жизни. Почему на его пути встретилась именно я? За что??? Почему бы мне и дальше жить, не зная, что мой собственный папа — демон??!

Папа сказал — он труп. Он его убил? Жаль… Стиснув кулачки, сжала зубы до скрипа. Я бы убила его сама только лишь за это. За то, что моя жизнь больше никогда не будет прежней. За то, что из-за него я потеряла самого дорогого и любимого человека. Сегодня я потеряла отца.

Теперь каждый раз, глядя на папу, я буду видеть эти жуткие багровые ленты за его спиной. Каждый раз я буду вспоминать, как они меня убивали. Каждый раз…

Зажмурившись, поняла, что снова плачу. Больно… как же больно душе. Почему так больно? И кто теперь я сама? Как скоро у меня начнется ломка по крови? И останусь ли я той, кем была? Или совсем скоро и я стану безжалостной убийцей?

Не заметив, как провалилась в тяжелый нервный сон, проснулась от собственного крика.

Снова… снова эти ленты, разрывающие меня на части. Снова…

Спрятав лицо в ладонях, глубоко задышала, чтобы унять бешеный стук сердца. Я никогда не была нервной трусихой, мне просто нечего было бояться, но сейчас… это был не просто страх. Это был потусторонний УЖАС! То, чего не бывает. То, о чем никто не знает.

Потому что не было выживших.

Зажав рот ладонью, судорожно всхлипнула. Так я сама себя пугаю. Нельзя. Нельзя думать.

Надо отвлечься.