Лерка. Второе воплощение

Мне-то это не нужно, я могу и напрямик, через стены'.

— Нет, это не подвал. Это когда-то был винный погреб. Так, нам туда? — Ренольд вопросительно глянул на меня.

— А, он говорит, что идёт по нити, а для нас ищет приемлемый путь. Так что, раз мы тут, то, значит, туда. Но как мы попадём внутрь?

— Отойдите, — Эйнар достал один из клинков и, дождавшись, пока я отойду, взмахнул им. Мгновение и послышался грохот. Если честно, я даже движения не заметила, так всё быстро произошло, а Асвальд уже открывал дверь, ногой отпихивая перерубленный замок в сторону.

Внутри было темно, хоть глаз выколи.

— Осторожней, тут очень крутые ступени, — Ренольд закрыл дверь следом за нами, а потом зажег несколько светляков, отправляя их парить под потолком. Надо мне тоже научиться. Интересно, я смогу? — Я в детстве упал с них, сломал руку, поэтому отец приказал запереть погреб и не использовать больше.

Ну, в моём понимании погреб должен был бы выглядеть иначе. Что-то глубокое и мрачное, с полками, на которых томятся покрытые пылью многовековые вина.

Мидах упорно шёл вперёд. Самое интересное, что в пыли оставались его отпечатки. Ренольд с Эйнаром поглядывали на это с удивлением, словно только сейчас поняли, что всё далеко не шутка. Но как оказалось, причина их удивления была в другом.

— Мидах что, зверь? — спросил Эйнар, присев около одного из следов.

— Сейчас да, — кивнула, смотря, как дух остановился около одной из полок, которая высилась до самого потолка и была притиснута вплотную к стене. — Но он может быть и человеком. Наверное, ему так удобнее. Пойдёмте, он на что-то указывает.

Парни тут же глянули в ту сторону, куда я указываю и, натолкнувшись взглядом на следы, которые останавливались около полки, понятливо поспешили убрать препятствие.

— Я понятие не имел, что тут есть дверь, — Ренольд наклонился и внимательно осмотрел дверь, не давая мне полезть первой.

При этом он меня так аккуратненько отодвинул, кивнув Эйнару, чтобы приглядел. Я же не настолько маленькая и глупая. Асвальд, заметив мою нахмуренную физиономию, ухмыльнулся, вставая так, чтобы видеть меня краем глаза.

Вот и не знаю, то ли возмущаться, то ли быть благодарной. Наверное, такая забота должна меня смутить и умилить, но я чувствую почему-то лишь негодование и разочарование.