Лесная ведунья 3

- Дык, чай, архимага мне предлагаете? Не шибко ли самонадеянное предложение?

И усмехнулся чародей в капюшейке! Ажно зубы в полумраке сверкнули.

А затем отошел он, да и открыл мне обзор чудовищный — в чародейской пентаграмме бездыханный почти лежал Агнехран! Лежал без сознания. Бледный, словно рубашка его белая. Осунувшийся, с кругами черными, со скулами заострившимися.

И вот испугалась бы я. Заголосила заполошно бы, закричала. Разум от испуга утратила бы… да только не шибко удивил меня чародей в капюшончике — я Агнехрана чуть более часа назад видела воочию, и тогда, он, в здравии да сознании, выглядел не особо то и лучше.

А так хоть поспит, отдохнет, за меня переживать чрезмерно-то перестанет. В общем, сон ему на пользу пойдет, это точно. А то, что заклинание на нем оглушающее — это я и так видела. И отрава в нем — видать проклятие наложил чародеец капюшончатый с помощью иглы, прямо как Заратар в свое время. И вот клюкой поклясться могу — точно со спины удар был. Абсолютно точно! Эти ж иначе не могут — токмо подлость, токмо в спину удар, токмо…

И бесят же, вот точно как тараканы.

— Гыркула, а нет ли у вас еще бутылочки вина? — вопросила я.

— Для вас завсегда найдется, — ответил граф, и передал мне через лешего.

В этот момент капюшонка напрягся — не ведал он, что у беседы нашей свидетели имеются, да еще и в количестве таком. И так напрягся, что тут же к угрозам перешел:

— Из этой пентаграммы, ведунья, его никакой магией не вызволить!

Мне же лешенька бутылочку то открыл, я с горла то хлебнула, да и вопросила у изверга:

Умолк чародей, видать не ожидал, что не по плану разговор пойдет, да и в целом не по такому руслу речь польется.

Постоял, все так же вид мне на Агнехрана в центре пентаграммы чародейской не загораживая, да и произнес:

— Две неизменные константы в нашей ситуации существуют, ведунья. Первая — не убить тебе моих сотоварищей, и это ты уже поняла. И вторая — архимаг в моей власти, из пентаграммы этой его никакой магией не спасти-не вытащить, сохранить его жизнь теперь лишь мне под силу.

Много пьешь ты, от того, видать, ситуации в целом не видишь. А ты присмотрись, ведунья, присмотрись повнимательнее, да вот о чем подумай — ты в ученицы себе ведьму взяла. Ведьма эта в архимага влюблена до безумия, весну ему свою отдала, и вот как ты думаешь, что станет с ученицею твоей, когда узнает она, что из-за тебя возлюбленный ее погиб?

А вслух только и сказала:

— Ох и мудреные слова ведаешь, ох и сложные.