Лесная ведунья 3

Огляделась я, взглядом в темноте плохо объекты различающим, деревяшку нашла ближайшую, к себе притянула, о плащ вытерла, да меж зубов сунула.

— А вот это правильно, — похвалил леший.

Первый порез на левом запястье заставил лишь вздрогнуть, но то что случилось потом… В рану мою, в вены кровью сочащиеся, потянулись корни чащи моей, оглушая болью, заставляя заорать, лишь чудом деревяшку не выронив, и вызывая дикое желание вторую руку отдернуть, не давать не…

Второй порез… и корни лианы, пожирающие мою кровь! Пробирающиеся под мою кожу.

Вторгающиеся в мои вены.

Я оглохла от своих криков.

Я обезумела от своей боли.

Я не утратила разум лишь потому, что рядом был леший. Он держал меня. Он успокаивал. Он не дал потерять деревяшку, едва я захлебнулась в очередном крике. Он прижал к себе, сжимая все крепче, когда я уже даже сидеть не могла.

И он же прошептал «Получилось», когда у меня уже не было сил даже открыть глаза.

И Силу Лесную призвал тоже он — я бы уже не смогла.

Ярина потягивалась как огромная хищная кошка.

Разминала лапы, суставы, порыкивала от переполняющей ее силы. Я была рядом с ней. Не вся я, только та часть сознания, что всегда за лесом приглядывает, но сил во мне почти не осталось, от того передвигаться я только с чащей могла.

Ярина оглянулась, разрешения ждала, но нетерпеливо, нервно. Я понимала ее — теперь-то она могла выгнать всех непрошенных гостей из нашего яра. Всех! Умертвий да тварей, скверну и гниль, да даже лесных ведуний, что были чародейками погублены, и в мертвяков превращены.

Теперь она могла!

«Подождать придется тебе, Яринушка».

Чаща рычит недовольно, одичала она совсем тут, но слушается беспрекословно.

«Вперед», — шепчет ветер в листве.- Вперед!»

И огромная черная кошка срывается с места, снося по пути ведуний, заклинания, мертвяков и даже тварей. Расступаются перед ней деревья, склоняются кусты, исчезает трава, чтобы едва перемахнула Ярина, подняться живой яркой зеленью, изничтожая гниль и скверну.

А мы мчимся вперед, туда, в самую глубь леса, в самый центр его.

Быстрее… быстрее… быстрее…

И вдруг сквозь свист ветра и треск сдвигающихся деревьев я слышу отдаленное, почти растворенное в расстоянии, но полное отчаяния «Веся!!!». Браслет. Браслет хоть в избе и остался, а связь со мной все равно имеет, вот я и слышу слова аспида. А слышать не хочу.

«Быстрее…» — уже не приказ и даже не просьба, уже мольба.

И чаща мчится туда, где я не чувствую земли.