На подготовку к следующей операции ушло целых три дня — Межов с Рыбаковым досконально изучили окрестности возле деревянного моста и сопутствующую "базу". По ночам приходил Андрей, чтобы ознакомиться с порядком и графиком дежурств. Народу было всего несколько десятков, переправа практически пустовала. После окончательного взятия Бреста, его мосты полностью вступили в строй, а то что было разрушено, уже отремонтировали. Да и Себрица вполне справлялась с грузопотоком.
А здесь, стометровое деревянное полотно, с опорами посередине — особо не разъездишься.
На польской стороне парочка часовых, чисто для проформы, на советской — два блокпоста. Один охраняет переправу, другой — дорогу. Всё по-простому, по-деревенски, без излишеств, окромя прожектора на крыше двухэтажной канцелярии или что это у немцев построено для бюрократии? Даже вышку поставили, чтобы соблюсти формальности.
Часа в два ночи лесники добрались до продуманной точки, обезопасившись везде, где можно. Филатов и его лучший ученик Локтев пристроились к миномётам, а Артём, как отстающий, был задействован на подачу мин.
Генералиссимус Межов забрался на давно облюбованную ель, Аню залегли спиной к подразделению и даже выдали прибор ночного видения. Пусть из ямки следит, чтобы кто-нибудь нечаянно сзади не приблудился. Тройка миномётчиков обула звуконепроницаемые наушники, дабы бабаханье не отвлекало. Для связи с Геной хватало мини-слушалки в ухе и гарнитуры, как у секьюрити гардов.
Задача вполне простая: Филатов должен жахнуть склад ГСМ, а Андрюха — боеприпасы.
Даже если они не сдетонируют то, по крайней мере, разлетятся от взрывов и даже попортятся. Ну и мастерскую заодно разнести, а если мин хватит — то и что-нибудь ещё. Понятно, что немцы не были готовы к ночному обстрелу, они даже помощь из Себрицы вызвать не смогли, кто-то перерезал телефонный провод. Впрочем, наверняка имелась рация, поэтому диверсанты старались действовать оперативно. Взрывы сменялись взрывами, подбираясь по наводке майора к целям, сами фашисты не бегали туда-сюда.
Залегли (те, кто цел остался) и стреляли по лесу, причём охватывая сектор почти сто восемьдесят градусов (сзади река прикрывала). Прожектор мотался из стороны в стороны, но никого не высвечивал — оставалось лишь вести огонь наугад.
Сначала взорвались бочки с топливом, ярко осветив всё "подворье", потом что-то несильно взорвалось на складе оружия, наверное гранаты. Канцелярии тоже досталось, мало того, внутри начался пожар.
