Лесной князь

Медленно отпустив ее горло, Петр Иванович проклокотал:

– Ты Катька обнаглела в конец, постоянно споришь со мной! Видимо придется удавить твою тетку, чтобы ты поумнела!

– Нет! Прошу Вас Петр Иванович, не трогайте тетушку, я поеду, – тут же вымолвила Катюша в неистовстве.

– То-то же. Завтра в пять поедешь с Демьяном. Он отвезет тебя во дворец, к графу. И только попробуй выкинуть какую-нибудь дерзость! И твоя тетка…

– Я все сделаю, как Вы велите, – перебила его Катя мрачно.

Вспомнив вчерашний неприятный разговор с дядей, Катюша невольно задрожала всем телом.

И в ее душе теперь зарождалось странное чувство отвращения к Ивану, из-за которого она теперь находилась здесь.

Дубовая дверь заскрипела, и девушка затравленно обернулась. В комнату вошел Воронцов. Его твердая поступь и наглый взгляд смутили девушку, и по ее телу пробежал холодный озноб. Нет, это был не ее Иван, которого она знала прежде и которого полюбила. Перед ней стоял холодный надменный вельможа, обласканный государыней и осознающий свое могущество.

Черный легкий колет с бриллиантовыми пуговицами, белоснежная рубашка, слегка расстегнутая на груди, белые лосины и высокие черные сапоги, делали его похожим на одного из богатых щеголей императорского двора. Он был без парика, гладко выбрит, а его густые волосы были собраны сзади в хвост. Его высокий лоб и скулы, были словно высечены из камня. Бьющий недовольный взгляд, который она уже видела на своей помолвке, прошелся по девушке сверху вниз и замер на ее губах.

Дверь закрылась за молодым человеком, и Иван подошел ближе к застывшей посредине китайской гостиной Катюше.

Он нарочито низко поклонился ей и ехидно произнес:

– Неужели я имею удовольствие лицезреть Вас в своем доме, драгоценная Катерина Васильевна? – Его оценивающий взгляд невероятно долго задержался на ее декольте. Катюша, вмиг смутившись, зарделась щеками, от его неприличного развязного взора и надменно-ехидного выражения лица. Воронцов сделал к девушке несколько шагов, и вымолвил. – У Вас прелестное платье.

Но, по-моему, без одежды Вам гораздо лучше.

Катя охнула от его гадких слов и отвернулась от него. Это было просто невыносимо. Он как будто специально раздражал своими неприличными взорами и едкими словами ее нервы, смущая ее. Молодой человек быстро обошел девушку и вновь встал перед ней.

– Я велел постелить белые шелковые простыни. Надеюсь, они Вам понравятся больше, чем медвежья шкура.

Катя напряглась и затравлено посмотрела на него, прикусив до крови губу.