– А сам ты, для себя самого, чего хочешь?
– Ну, ты, княже, спросил, – удивленно хмыкнул казак. – Да откуда ж ему знать. Сам видишь, ему и возраста еще толком нет. Да и что он видел, окромя станицы своей? Сюда, в город и то пару раз всего ездил.
– Погоди, Николай Ефимович. Я ведь вопросы свои не просто так задаю. Мне понять надо, что за человек племянник твой. Сам знаешь, я всякими делами занимаюсь, а среди них и особо тайные имеются.
– Ну, так-то да, – смутился казак. – Да ты не молчи, Мишка. Княже вопрос задал, так отвечай, – напустился он парня.
Вошедшая в столовую Матвеевна внесла на подносе стаканчики с чаем, сахарницу, вазочку с вареньем и блюдо с пряниками. Расставив это все на столе, она так же молча вышла.
– Угощайтесь, – предложил Руслан, доставая из сахарницы кусочек колотого сахара. – Так что скажешь? – подтолкнул он Мишу, глотнув чаю.
– Мне, княже, механика всякая интересна, – решившись, тихо ответил Миша. – Понимать хочу, как оно там устроено и отчего работает. А служить я стану.
На совесть. Чтобы род свой хоть такой службой не опозорить. Правду ты сказал. Родовой я, да только не служивый.
Голос паренька дрогнул, и Руслан понял, что для него увечье стало чем-то вроде проклятья."
"– Добре, – помолчав, кивнул Шатун, заметив его плотно сжатые губы. – Раз сам так решил, так тому и быть. Служи. Жалованья тебе положу пять рублей в месяц. Чтоб и самому в кармане деньги иметь, и матери помочь мог. Но учти. О том, что со мной и в моем окружении происходит, никому ни слова.
Совсем никому. Даже на исповеди. И это не потому, что мне так хочется, а потому, что я офицер контрразведки, и дела у нас иной раз государственные случаются. Понял?
– Понял, княже, – истово кивнул казачок.
– Ну, в таком разе пора мне, – заторопился казак. – Коня я тебе, Мишка, оставлю, пистолеты мои тоже береги. Кто знает, как там оно повернуться может. В общем, служи, племяш, – вздохнул он, поднимаясь.
– Погоди, Николай Ефимович, – остановил его Руслан. – Сделаем так. Раз уж Михаил на службу ко мне нанялся, значит, и содержать его за службу я должен на свой кошт.
Так что забирай всё. И коня, и оружие. Найду я, на чем ему ездить и из чего стрелять, – хмыкнул Шатун, вспомнив про ящик револьверов, привезенных от Митрича. – С собой ему оставь только то, что от отца осталось. Кинжал, там, или шашку. Пусть память будет.
– Кх-м, благодарствую, княже, – заметно растерявшись, поклонился казак. – Вот уж не думал, что ты по старому обряду все решишь.
