Лестница Пенроуза (СИ)

У того рубашка на спине потемнела от пота (Имс, наверное, оказался первым в истории тира, кто пришел стрелять в рубашке от Тома Форда), да и сам Артур чувствовал, как по позвоночнику к пояснице бежит тонкая струйка, но он впитывал все это со странной жадностью – холодный воздух от вентиляторов, сладковатые ароматы металла, дерева, пороха, звериный запах разгоряченного Имса, гулкое эхо, ударяющее по ушам, несмотря на наушники, размеренный голос Геннадия, что-то говоривший на заднем плане, и взгляд, взгляд Имса – острый, темный, голодный, какой нечасто приходилось видеть и от какого внутри у Артура что-то сладко скручивалось.

Наверное, они очень счастливы ТАМ.

Да они и здесь счастливы, вдруг понял Артур. Надо было быть полным придурком, чтобы сомневаться в этом.

В Париже шел снег, и это была редкость, Артур помнил.

В Париже было жутко ветрено, потому что – февраль, и все французы кутались в длинные пестрые шарфы и пили кальвадос.

Артур шел по вечерней Риволи, ежился в модном, да что там – просто выпендрежном, шоколадного цвета пальто, ветер развевал полы, забирался на грудь холодными колючками.

На углу кучковались подростки – по внешнему виду все выходцы из бывших французских колоний – ругались, слушали магнитофон, нагло усмехались, но когда Артур подошел и легонько задел одного плечом, он сказал «пардон», другой добавил «бон суар», а третий убавил звук на бумбоксе.

Потом Артура обогнал бородатый молодой человек с этюдником под мышкой и спросил, как пройти к бульвару Сен-Мишель.

Наконец-то снова – те самые сны.

Он реагировал уже спокойнее, не удивлялся, а жадно впитывал. Смотрел на свое модное пальто, на тонкие перчатки, на дорогие кожаные ботинки – в разы более дорогие, чем мог позволить себе в Москве, а ведь он вовсе не был бедняком.

Он шел по зимней Риволи к площади Пирамиды, мимоходом оглядывая припорошенную мелким снегом статую Жанны Д'Арк – и помнил откуда-то совершенно ясно, что улицу проектировали Персье и Фонтэн, а статую изваял Фремье в 1874 году.

Сейчас Артур шел к одному из знаменитых домов с аркадами, выстроившихся неподалеку от места, где раньше располагался Манеж Тюильри – и где, соответственно, заседал Конвент, была провозглашена республика, а потом состоялся судебный процесс по делу короля Людовика XVI, завершившийся смертным приговором.