Лестница Пенроуза (СИ)

Вообще, в процессе только одной недели Артур узнал о компании, в которой работал, множество ярких подробностей, которые теперь складывались в цельный рисунок: да, ее сотрудники по всему миру работали по восемьдесят часов в неделю, но они еще и рубились в хоккей в коридорах, играли на трубе и барабанах, заваривали двери в офисы соседей, украшали рабочие места огромными постерами с обнаженной Мадонной и пускали петарды из окон. Главный городок корпорации в Америке, по рассказам артуровых визави, походил на огромный университетский кампус, усеянный футбольными полями, баскетбольными площадками и дорожками для бега.

Кроме того, там активно разводили кроликов.

«Все мы подростки, – сказал ему один из самых известных разработчиков компании, – надо уяснить, что все мы подростки. И гордимся этим. В нашей отрасли иные не выживают».

Кстати, о петардах – их и сейчас активно пускали перед отелем, невзирая на тихий ужас отельных служащих.

Артур тоже решил развлечься. В конце концов, в зале мелькало немало милых женских лиц.

Артуру не нужна была сегодня надменная королева, он удовлетворился бы хорошенькой золушкой. В конце концов, дама выступала не целью, но средством.

Охота не заняла много времени: уже через двадцать минут Артур непринужденно болтал с какой-то забавной миниатюрной блондинкой в розовом брючном костюме. Кстати, натуральной блондинкой, что в этом зале было редчайшим явлением. Уже одно это Артуру сильно импонировало.

Еще через двадцать минут Артур вел свою блондинку на романтическую прогулку.

Она что-то нежно щебетала, и Артур вынужден был то и дело ловить свои мысли и возвращать их в русло разговора. Но это было трудно, как пытаться повернуть поток воды вспять – или дождь заставить идти с земли на небо.

Артур отстраненно смотрел на звезды, словно бы ссыпавшиеся со всех галактик в одну круглую синюю чашу, опрокинувшуюся над Атлантой, на поблескивающую в свете фонарей траву газонов, на темные формы причудливо подстриженных кустарников.

Летний воздух одуряюще пах сладкими цветами, блондинка – кажется, Барбара – так же одуряюще пахла сладким парфюмом, и Артур подумал, что отныне пропитается сладостью до мозга костей, как засахаренная ягода.

Все было так романтично, что дальше некуда – теплый вечер, летняя Атланта, красотка, наверняка раньше бывшая капитаном команды черлидеров, и разве что это спасло Артура от цитирования в ее исполнении «Унесенных ветром».

Он скучал. Он страдал от пустоты.