Не потому, что ей не хотелось показывать ему их пустынную собственность, а потому, что она думала: есть возможность того, что федеральные агенты могут ждать их в том единственном месте, что им принадлежало. Викки могла упомянуть об этой земле в разговоре с Сэмом. Они с Сэмом подружились за эти годы. Что, если их там ждут? От этой мысли Татьяне становилось дурно. Но к несчастью, Александр не так уж и возражал. Татьяна уже знала, что ей хочется сделать, пусть это и было немыслимо: продать эту землю! Просто продать за любую цену, взять деньги, уехать в другой штат, может, даже в безлюдье Монтаны, и скрыться навсегда.
Она не питала иллюзий: преданность Сэма ей и Александру едва ли была велика. Сэм не был тетей Эстер. Татьяна молчала, думая обо всем этом, а ее муж лежал на настиле, захлебываясь текущей водой.
На следующее утро они поехали по автостраде Суперстишн.
– Здесь довольно плоско, – заметил Александр.
– Ну да, отсюда и название Меса, – кивнула Татьяна. – Это значит «плоская».
– Пожалуйста, скажи, что наша земля не здесь.
– Ладно, она не здесь. – Вдали за плоской равниной виднелись каменистые горы. – Здесь слишком обжито.
– Это слишком обжито?
Здесь не было магазинов, заправок, только ферма по одну сторону дороги и нетронутая пустыня по другую.
– Да, это Темпе. Довольно застроенное место. А Скотсдейл, куда мы едем, – маленький западный городок. Там кое-что есть, правда, – магазин, рынок. Хочешь сначала заглянуть туда? Или…
– Давай сначала увидим ту землю обетованную.
Они ехали через пустыню дальше на север.
Александру хотелось пить. Татьяна была испугана. Асфальт сменился гравием на Пима-роуд – дорога отделяла долину Финикса от простиравшейся на много миль к горам Макдауэлл индейской резервации на Соленой реке. И здесь уже не было так плоско; в апокалиптической жаре голубые сухие горы высились со всех сторон, вдали и рядом, низкие и широкие.
– А где те горы, о которых ты мне говорила?
– Шура, не утверждай, что ты их не видишь!
Татьяна показала вперед. Там за огромными кактусами поднимались горные цепи, похожие на монолиты.
Но Александр этим утром был в хорошем настроении, ему хотелось подразнить Татьяну.
– Что, вон то? Это не горы. Это скалы. Я знаю, потому что горы я видел. Тонто, что мы проезжали вчера, – это были горы. И еще я видел Уральские горы. И склоны Святого Креста, заросшие хвойным лесом. Вот это горы.
Настроение у него слегка упало."
"– Ладно-ладно… – Татьяна потянулась к нему, кладя ладонь на его бедро, чтобы отвлечь.
