Конечно, я еду.
Все промолчали."
"– Может, вам лучше остаться, майор? – сказал наконец Элкинс. – Вы же только что говорили, что не участвовали в боевых схватках с сорок шестого года.
– Стычки с женским персоналом не считаются, – ядовито добавил Рихтер.
Александр промолчал. Рихтер явно хотел оставить за собой последнее слово.
– Должен ли полковник получить подтверждение на ваш допуск к секретным операциям и разрешение? – продолжал Элкинс. – Это ведь может занять и месяц.
– Мой допуск подтвержден давным-давно командованием военной разведки в Форт-Хуачуке, спасибо, что поинтересовались, лейтенант, – ответил Александр.
Разговор был окончен. – Том, можешь ты меня проводить? Мне нужно поспать.
Остальные встали, отдали честь, и они ушли. Александр повернулся к Рихтеру.
– Ты сможешь все это дерьмо подготовить к завтрашнему дню? – спросил он, пока они шли к жилищу Александра.
Рихтер так не думал.
– Мы, кстати, называем это «хуч», самогоном, Александр.
– Да какая разница? Мы уже слишком долго ждали, Том.
Мы должны отправляться.
– Понадобится пара дней, – сказал Рихтер. – Я должен заказать «Чинук», собрать снаряжение, оружие. Ты лучше других знаешь, мы должны быть готовы ко всему. У нас всего один шанс.
Александр согласился, что они должны подготовиться. Он отлично знал и то, что шанс у них всего один.
Когда они стояли перед бараком, где поселился Александр, Рихтер закурил и сказал:
– Александр, ты ведь понимаешь, как мало у нас шансов на успех? Сколько вероятностей…
– Значит, ты в этом уверен? – В настроении уже более спокойном, Александр похлопал Рихтера по плечу.
– Том, а ты понимаешь, что не с тем человеком говоришь об этом?
– Да пошел ты…
– А какова была вероятность того, что женщина пяти футов ростом, ни разу в жизни не стрелявшая, проберется на советскую территорию, не зная, где я нахожусь и, более того, жив ли я, а потом найдет меня там – живого?
– Выше, чем у нас, – ответил Рихтер.
Александр покачал головой:
– Одна невооруженная женщина в лагере ГУЛАГа, где на каждые пять дюймов по охраннику… – Александр произнес это почти благоговейно.
– Не двенадцать крепких парней, несущих боеприпасов больше, чем их совокупный вес. И да, северные вьетнамцы настоящие козлы, но и советские не были похожи на леди, жующих мини-сэндвичи на скачках в Кентукки. У них тоже были пушки. Но она нашла меня и вывела оттуда. Так что спи спокойно.
Но он постоянно думал о том, что однажды сказала ему Татьяна. Мы можем стараться справиться с чем угодно.
