Летос

 — Неужели от нас ты не ждешь никакой помощи?

Та скривилась и ответила не слишком вежливо:

— Помощь! Надеюсь, что в критической ситуации, вы, сосунки, не будете путаться в моей юбке. Каждый отвечает за себя.

— А лучше бы мы отвечали друг за друга, — сказала ей указывающая.

— Хм! Для этого мне надо доверять вам. Знать, что вы сможете прикрыть мне задницу, когда станет горячо. Но пока что это я вытаскиваю некоторых из вас из тех ям, в которые они попадают.

— Справедливо, — повинился Тэо. — Ты вытащила меня из той заварухи в таверне.

И поставила на ноги. И помогла Шерон отбиться от скрэгов. Но, согласись, в нашей компании тебе гораздо уютнее.

— С чего это ты так решил?

— Иначе бы ты шла одна. Шагах в пятистах впереди. Как прежде.

Сойка на это лишь усмехнулась уголком рта.

Шерон, вдыхая усиливающийся с каждой минутой запах моря, сказала:

— Вы знаете, что после Катаклизма Талорис был под водой?

— Мне плевать, — ответила Лавиани. — Пусть лучше мальчик расскажет, что было после Темного Наездника?

— Вечером.

Сейчас мне интереснее послушать ее. Значит, он оказался на дне?

— Так говорят хроники. Все думали, что столицу уничтожило море после того, как Скованный проиграл Тиону. Но спустя несколько сотен лет живущие на этом берегу увидели, что на горизонте появилась земля. Талорис всплыл из пучины.

— И, конечно, туда сразу полезли? — Лавиани с пренебрежением посмотрела на сложенный из бревен мостик, перекинутый через ручей. Доверия он у нее не вызывал, так что она спешилась и взяла мула под уздцы.

 — Так всегда бывает. Знавала я одного парня, который сунул нос в джунгли Мута. «Чудесное место, Лавиани. Старая арена Единого королевства, Лавиани. Мы разбогатеем, Лавиани». Нашел дуру. Я послала его к Скованному, и он, как видно, его все же нашел, так как назад не вернулся. Люди вечно лезут туда, где им не рады.

— Ну прямо как мы с тобой, — не удержался Тэо.

— Еще одно местечко, где живым нечего делать.

— Как люди вообще здесь могут жить? — поразился Тэо.

— А как живут на Рубеже? На границах Смерчей? Пустыни? — задала резонные вопросы Лавиани.

 — Хреново, если честно.

— Мы привыкли, — сказала Шерон.

Они оказались на скалистом берегу, заросшем сухими кустами барбариса, продуваемом холодным ветром. Далеко внизу грохотало море, вздувалось серыми валами, увенчанными коронами, сотканными из белой пены. Волны взлетали в небеса мириадами брызг, разбиваясь о камни, оседали соленой водной пылью на влажных скалах, старых кустах, мертвой траве.