— Мне кажется, ты ведешь себя как полный козел, — раздраженно говорила Диана. — Ты хоть понял, что это не обычные маразматики, что это вообще не маразматики, он, к примеру, наоборот, ученый, чуть ли не известный.
Ты мог лучше подготовиться? И если он сомневается в твоих бумагах и печатях, то надо было ехать к нотариусу. Мы же в Люберцах ездили к какому-то твоему нотариусу, помню, сколько я ему отстегнула. Чуть ли не больше, чем тебе.
— Как партнер ты невыносима, — меланхолично произнес Семен. — Так всегда. Вместо того, чтобы решать проблемы, ты проедаешь мне мозг.
Да у меня этих нотариусов на любой вкус. Но ты представь себе: мы их привозим в контору, нашу, заметь, контору, то есть она уязвима. Это во всех случаях арендованное помещение в жилом доме. И вдруг старик начинает вопить, скандалить, хватать телефон… Ты такое палево себе представляешь, мадам Гуськова из Хренакова со штампом фиктивного брака? А у меня вообще условный срок. Попался — сел.
— Ладно, поняла. Значит, главное, чтобы сейчас поставили подписи, потом мы с ними разберемся.
Приступаем к плану Б. Я завариваю чай, ты рассказываешь истории за жизнь, надо, чтобы выпили, желательно весь стакан. Пирожные у меня есть.
— Слушай, ты дозу нормально рассчитала? Старик совсем плох. Мне трупы сейчас не нужны.
— Так именно сейчас они и мне не нужны. Для начала все должно быть, как полагается, пусть едет любая проверка соцзащиты. Заметь, этим спиногрызам я не собираюсь платить, как в прошлый раз. Они никому не нужны.
— Так ты у нас крутая стала.
Круче только яйца. Ладно, пошли. Байки есть у меня, заваривай свой чай.
Марина открыла незапертую дверь одноэтажной избушки на самом краю поселка. Сразу оказалась в просторной кухне с добела намытым деревянным полом. Диана и Семен стояли у стола с озадаченными физиономиями. А Нина Петровна склонилась над креслом мужа. Пыталась влить ему в рот сердечные капли, растирала грудь, искала пульс. Затем она бросилась к подоконнику, на котором лежал мобильный телефон. Успела дрожащими руками набрать одну цифру, как Диана вырвала его из рук:"
"— Ты кому звонить собралась? Он просто переел пирожных, а нас заметут как отравителей за то, что я собираюсь жизнь положить, чтобы вас содержать? Есть еще лекарства, вливай в него.
Все пройдет, я знаю.
— Диана, оставь в покое Нину Петровну. Нина Петровна, я уже всех вызвала. — Марина вошла в кухню.
— Это еще что за явление? — посмотрел на нее почти белыми глазами Семен и взял со стола нож.
