Летучий самозванец

Попытки завести разговор с Сухановой не удались, она не желала отвечать. Девочки подошли к кровати вплотную и поняли: подруга мертва.

— Мы сразу догадались про подушку, — заговорщицки шептала мне Света. — Катька Лизку ею удушила и решила орудие убийства унести, наверное, в реку бросила.

Я потрясла головой, надеясь, что после этого мысли улягутся по полочкам, но мозг отказывался верить услышанному. Василий Олегович педофил? Его жена ради удовлетворения животной страсти мужа содержит приют, который на самом деле является своеобразным гаремом? Екатерина задушила Елизавету?

— Ты не врешь? — вырвался из груди вопрос.

 — И ты вовсе не утром встретила Иру, а ночью?

Света пожала плечами.

— За фигом мне врать? Спросите Ирку, она то же самое видела: Катька туда нырнула с черной подушкой, назад с красной. Зачем бы?

Я притихла. Отлично помню, что в каюте, где обнаружили труп, на красном диване было две среднего размера подушки в цвет обивки, а посередине выделялась третья, и была она черной. Никакого удивления сей факт у меня не вызвал, все мое внимание устремилось к пионерскому галстуку, который обнаружил Юра.

Вот уж невероятная деталь! Ну с какой стати давно не используемый атрибут советской детской организации очутился в шкафу у современной девочки?

Теперь я знаю ответы на все вопросы. Отчего Лизу поселили в шикарной каюте, а другим девочкам достались кладовки? Ну, вопервых, спальня предназначалась Ире. Юра увидел тело в постели и сделал неверный вывод. Любой на его месте мог ошибиться. Логично предположить: если девушка лежит в кровати, то это ее комната.

Вовторых, сюда для удовлетворения своего сексуального аппетита намеревался захаживать Василий Олегович, роскошные условия готовили для него. А если вспомнить слова Светы о любви кондитера к подросткам, облаченным в пионерскую форму, то станет ясно: эту одежонку — коричневое платье, фартук, гольфы, банты и пресловутый галстук — купили в сексшопе.

Светлана громко зевнула и повторила:

— У Ирки спросите. Вот выпустят ее из больницы, она мои слова подтвердит.

Я вздрогнула, Света не в курсе, что Ирина умерла.

— Ты понимаешь, что обвинение в педофилии и убийстве — очень серьезная вещь?

— Нельзя задержать людей на основании простой болтовни, — сказала я. — А если ты ошибаешься?

— Нет! — уверенно заявила Глаголева. — Пусть Ирка подтвердит! Двое нас там было.

— Без улик никто тебя слушать не станет, — вздохнула я. — Этак каждый напраслину возвести может. Нужны неопровержимые доказательства.