Летучий корабль

А кто против милиции злоумышлять может? Тока Настасья-разбойница! Да ведь как ее узнать? И тут меня, неразумного, словно обухом по башке озарило! Вы ведь сказать изволили, будто коса у ней фальшивая… Ну что ж, проверка — дело нехитрое и для девиц невинных сплошь безобидное. Ошибусь, так и извиниться не побрезгую. Хвать самую подозрительную за косу! Ан коса-то и отвалилась, фальшивка полная… Тока рыжих волос под ней не оказалося. И что вы думаете — как есть извинился! Честь милицейскую не уронил! За другую подозрительную взялся…

Я схватился за голову.

Баба Яга побыстрее вытолкала Митьку от греха подальше. Исправить его не под силу даже могиле! Это мой крест… Делать нечего, пришлось идти на базар. Двое стрельцов тащили с собой фальшивые косы, щедро раздавая их всем разобиженным. За этим неблагодарным занятием меня и застала смешливая Олёна… Видимо, она шла от дядиной лавки на базар, в руках у нее была пустая корзинка.

— День добрый, Никита Иванович. Опять по службе бегаете? Ой, да вы тут косами торгуете…

— Здравствуйте, Олёна, — почему-то смутился я — эта девушка обладает удивительной способностью вгонять меня в краску.

 — Никакой торговли нет, мы их просто так раздаем всем пострадавшим.

— Так?! — не поняла она. — В подарок, что ли? Это как же, интересно, надо пострадать, чтоб тебе сердобольная милиция фальшивую косу в утешение подарила… да еще с бантиком?!

— Это Митя…

— Где?

— Ну, в смысле все это из-за Митьки нашего. Он по заданию искал на базаре фальшивые косы, чтобы выяснить, не пользовалась ли та самая Настасья черным париком, и случайно оборвал несколько… Видимо, плохо привязывали.

— Случайно? Оборвал? Такую кучу?! Ну, это точно плохо привязывали, другой причины нет… Вот мою, настоящую, попробуй оторви! Разве вместе с головой…

— Нет, — постарался припомнить я, — скальпов он вроде не приносил.

— А что же, на мельнице у родителей Настьки не оказалось?

— Знаете, Олёна, там вообще нет никакой мельницы. Меня просто заманили в засаду, подсунув вам заведомо ложные сведения.

Вы кому-нибудь говорили о своем визите в отделение?

— Может быть… — Она так мило наморщила носик, что я расплылся в невольной улыбке. — Может, и говорила подружкам. А может, нас вместе видели, мы ведь не в первый раз встречаемся.

— Надеюсь, и не в последний… — Мне таки удалось многозначительно козырнуть. — Прошу простить, но служба зовет.

— Служба-а… — вздохнув, протянула Олёна. — Видела, видела, как стрельцы ваши дьяка какого-то прямо на улице в охапку ухватили.