Летучий корабль

 — А все одно — штука пренеприятная… Посему лечить ее надо вовремя и по науке. Чихающий милиционер тока сострадания достоин, а уважение к его погонам с кажным чихом колеблется. На-кась!

Я выпил без брыканий. У бабульки все травные настойки на спирту, но захмелеть с них не удавалось еще никому. Видимо, все-таки лекарство. Покончив с завтраком, я вспомнил о вчерашнем допросе и поинтересовался, где дьяк.

— Да выперла я его, — хмыкнула Яга, — храпел на все сени, аж Митенька заворочался. Думала, разбудит мальчонку… Ан нет! Митя сам ему такими трелями через нос ответствовал, что от храпака их совместного едва ли дверь с петель не сорвалась… Так что, как зорька занялась, я не поленилась, сама дьяка за химок приподняла да во двор и вытолкала.

— Это правильно, — важно согласился я. — Бабуль, а где те стрельцы, что царю мое письмо относили?

— Отдыхают небось… Их смена вчерась закончилась. Послание Гороху они вручили, Ксюшку Сухареву предупредить успели, обязалась с утра тебя ждать. Вроде все путем, как и…

В горницу без стука влетел красный Митяй, рухнул перед нами на колени:

— Беда, батюшка участковый! Стрельцы царские за тобой пожаловали.

— А орать-то за… а-апчхи!.. зачем орать-то?! Впустить их, естественно.

— Дак ить вас же, безвинного, арестовывать идут!!! — взвыл наш младший сотрудник, ударяясь об пол с такой патетикой, словно в сердце ему вонзилась вражья стрела.

В двери тихо вошли четверо стрельцов из личной охраны государя. Говорили медленно, глядя в пол, словно сами не рады возложенной на них миссии:

— Собирайся, сыскной воевода.

— Не пущу!!! — не дожидаясь моего ответа, Митька бодро вскочил, распахнув навстречу стрельцам медвежьи объятия. — Бегите, Никита Иванович! Я их задержу…

— Прекра… а-апчхи! Господи, ну когда это все кончится?!

— К обеду, — напомнила бабка, а у дверей уже каталась куча мала.

— Не пущу! Живота за милицию не пожалею! Бегите, батюшка сыскной воевода… Не поминайте лихо-о-ом!!!

— Ну что ты с ним, дураком, делать будешь? — Баба Яга неторопливо надела кацавейку и поправила платочек.

— А эти борцы вольного стиля? Так и оста… а-апчхи!

— Будь здоров, сокол ты наш… Да пущай побарахтаются, их дело молодое, кровь кипит, сила выхода требует. Как набузятся, сами и помирятся…

На выходе я попросил наших, еремеевских ребят приглядеть за драчунами, если начнут бить посуду.