Лягушка Басё

  Потому что какой я Шерлок Холмс, если не могу отличить опиум от неопиума. Немножко занервничал, конечно. Сейчас Фандорин подойдет, тоже понюхает и скажет: «С ума вы сошли, Бразинский, это сода от изжоги или еще что-нибудь такое». Но Фандорин к шкафу не подошел. Он рылся в бумагах на столе. Вытянул большой белый лист, на который опустил свою забубенную голову мертвый Кальман Горалик. Взял в руки конторскую книгу.

- Что вы делаете, когда у нас такое несчастье? Один за другим два Горалика отдали б-гу душу!  – укорил его Ханан.

- Оставьте вы бумажки, лучше помогите перенести этого грешника на диван. Какой он был хороший мальчик, вы бы знали! Кто бы мог подумать, что из него выйдет убийца и самоубийца! Бедная заблудшая овечка! И бедная фирма «Горалик»! Хозяина нет, наследника нет, вдове ничего не достанется. Весь груз свалится на плечики малютки Нетании, а она несовершеннолетнее дитя!

- Не складывается, Холмс, - сказал мне Фандорин.

Стефанович оглянулся – нет ли в комнате кого еще.

- Помолчите, Стефанович, - велел я.

- Что не складывается, Ватсон?

- Ваша версия. Она построена на том, что за дверью подслушивал Кальман, запаниковал и наложил на себя руки. Так?

- Кальман весил десять пудов. Под его шагами т-тряслись ступеньки и гнулись половицы. А тот, кто стоял за дверью, потом взбежал по лестнице почти бесшумно. Стало быть, подслушивал не Кальман. Это раз. Далее. Вам не кажется странным, что Кальман сидел перед совершенно чистым листом бумаги?

- Может быть, хотел написать предсмертную записку?

- На эскизной уатмановской бумаге? Не великовата ли она для подобной цели? Нет, Кальман просматривал бухгалтерскую книгу, когда в дверь п-постучали.

Молодой человек не хотел, чтобы его застали за подобным занятием, и накрыл книгу листом для эскизов. Это два. Опиоманом он не являлся, я повадки этой публики хорошо знаю. Это три. Господин Стефанович, банку с опиумом в шкаф поставили вы, не правда ли?

- Что?! Почему бы я стал это делать?! – очень сильно удивился приказчик. Может быть, даже слишком сильно.

- Потому что наследник фирмы заинтересовался бухгалтерией. Это сулило вам очень серьезные неприятности, вплоть до тюрьмы. Взгляните, господин Бразинский, вот сюда, на банковскую страницу. На счету фирмы ноль денег. Помните, мы проходили по коридору и услышали, как Кальман спрашивал: «Как это пуст? Почему пуст? А где же они?». Речь шла о том, что счет пуст и новый хозяин желал знать, куда подевались деньги. Стефанович, денежными делами фирмы ведали вы.