Лягушка Басё

Вообще-то Ханан Стефанович пообещал мне за помощника сто рублей сверху, но я решил, что это я буду смотреть по помощнику, чего он стоит.

- Ребе Зуся, нет ли среди ваших постояльцев кого-нибудь подходящего? Вам ведь достаточно кинуть на человека один взгляд, чтобы увидеть, на что он годен.

- У нас тут много кто есть, - отвечает. - Сами видите, какой нынче Вавилон.  Это потому что сломался железнодорожный мост, и встали уже два поезда «Москва – Варшава». Во всем городе не осталось ни одного свободного номера и даже, говорят, заняты все частные квартиры.

Я был так озабочен мыслями об ужасном событии у Гораликов, что только теперь осмотрелся вокруг. В вестибюле вдоль стен сидели и стояли люди,  сплошь чистая публика, все хмурые, а некоторые дамы даже заплаканные.

- Ждут, не освободится ли хоть какая-нибудь конурка. Одного коллежского советника только что за десять рублей разместили в бельевом шкафу, так он был счастлив… Скажите, уважаемый реб Арон, а неболтливый и сметливый помощник вам нужен для законного или для незаконного дела? Заметьте, я не спрашиваю, для какого именно, и потом у царя свои законы, а у нас, евреев, свои.

Я посмотрел. Человек как человек. Сидит, курит, колечки дыма пускает.

- Да ведь это еврей, - говорю. - А мне нужен гой.

Хемницер посмотрел на меня снисходительно.

- Разве вы не видите? Он варшавский еврей, а это все равно что гой.

«Варшавскими» у нас называют марвихеров, которые промышляют на железной дороге, обчищая богатых пассажиров.

- Про деликатное дело, которым я занимаюсь, полиции знать не нужно, однако же оно требует помощника с совсем противоположной стороны. Требуется не совершить нечто противозаконное, а наоборот найти того, кто учинил преступление. Не обижайтесь, реб Зуся, но больше я сказать не могу.

- И не надо! – поднял обе ладони. - Когда мне станет слишком легко жить, я приду к вам и попрошу: «Дорогой Арон, нагрузите меня вашими заботами, а то мне своих мало». Ну что же… Если вы играете в игру «сыщики-воры»  за сыщиков, вам пригодится вон тот брюнет, что сидит на подоконнике и читает книжку.

Я повернулся. На подоконнике в изящной позе, нога на ногу, покачивая лаковой штиблетой с серебряными пуговками, сидел франт.