Лиат душа Эсхейма

– Простуда? – предположила, мысленно же обращаясь к Владычице, чтобы не допустила в моих землях эпидемии – люди измотаны, голодны и многие ее не переживут.

– Следить буду, – горестно вздохнул лекарь, усаживаясь в кресло, и чуть помедлив, проговорил, – леди Лиат, мне сказали, что вы ходили по двору и хотели покинуть двор замка.

– Угу, – кивнула и, подперев подбородок рукой, замерла в ожидании.

– Госпожа… не всем по нраву пришелся выбор родового камня. Есть семьи, что против чужачки во главе рода Эсхейм. Арен следит за ними, но рот всем не заткнешь.

– И что теперь, прятаться за воротами? Нет, Виллум, скрываться нельзя, такие люди как зараза: не останови – скосит всех, – усмехнулась, зная, что я никогда не скрывалась и не пасовала перед трудностями, и теперь тоже не намерена это делать.

– Вы ещё слабы, – попытался настоять на своем мужчина, но, заметив что-то в моем взгляде, удрученно промолвил, – с охраной только ходите.

– Конечно, – улыбнулась мужчине и, пододвигая к себе лист бумаги, на котором был список срочных вопросов, приступила к допросу, – Виллум, почему в замке нет бани? И откуда воду носят…"

"Около часа лекарь отвечал на вроде бы простые бытовые вопросы, которые Лиат могла и не знать, а вот мне хотелось понять, как здесь всё устроено, чтобы хоть как-то в силу своих возможностей и знаний улучшить жизнь местных обитателей.

Виллум всё подробно объяснял и даже подбросил парочку стоящих идей: что, где и как можно изменить, опираясь на опыт других родов. Так что, наша беседа вышла очень продуктивной и познавательной. По крайней мере, я стала хоть немного разбираться в условиях жизни в этом мире простых людей.

Спустя ещё полчаса, после тщательного осмотра моих ран, мужчина покинул мою комнату, настоятельно рекомендуя выпить отвар и лечь спать. Время было и правда позднее, усталость брала свое, и я не стала возражать.

После скромного ужина, принесенного Бергит, и крепкого травяного отвара, быстро переодевшись в ночную рубаху, я забралась в кровать. Но едва я смежила веки, в дверь тихо поскреблись, потом ещё раз и ещё.

– Мыши? – зевая пробормотала, продолжая лежать в постели, но звук опять повторился, всё же вынуждая меня подняться с постели, – и кого принесло так поздно… Ханна? Хм… проходи.

Девушка, опасливо озираясь и смущенно улыбнувшись, тотчас мышкой проскользнула в небольшую щель чуть приоткрытой двери и, настороженно осматриваясь, замерла у камина.

– Присаживайся, – проговорила, показав на кресло, в котором совсем недавно сидел Виллум.