Лиат душа Эсхейма

– Спасибо, госпожа, вы самая…

– Беги уже, – прервала девушку, не желая слушать дифирамбы в свой адрес, мысленно усмехнувшись, с изумлением наблюдая, насколько Эбби оживилась, и даже впервые за всё время её нахождения в замке на её милом личике появилась улыбка.

– Спасибо, леди Лиат!

– Угу, – отрешённо кивнула, взглядом провожая рванувшую к выходу девушку, и пожелала, – удачи тебе, Эбби.

– И вам, госпожа… да храни вас Владычица, – произнесла бывшая камеристка, прежде чем покинуть мои покои.

Оставшись в одиночестве, я ещё несколько минут бессмысленно прослонялась по комнате, без аппетита запихнула в рот кусочек лепёшки, подошла к окну и долго смотрела на восходящее солнце. И только потом направилась к кувшину с тазом, но, проходя мимо зеркала, взглядом зацепилась за странность в моей внешности. Но что именно меня смутило, я не понимала, пока мой взор не наткнулся на татуировку, которая ещё вчера была едва заметна, а сейчас она стала ярче и как будто выпуклей.

– Что за чертовщина… – пробормотала, разглядывая звезду на своей шее, несколько раз погладив по коже, но та была ровной, и вид объёмной звезды был всего лишь обманом зрения.

– Лиат! Бергит сказала, что ты уже проснулась! – ворвалась в покои Марен, прерывая мои исследования, следом за ней степенно вошла Ханна, и обе, притормозив всего в метре от меня, с удивлением уставились на рисунок.

– Она стала ярче.

– Да, изменилась, – озадаченно протянула и, снова тронув звезду, рассеянно промолвила, – за ночь… чёртов Ульф! Какая же я дура!

– Лиат? – оторопело пробормотала Марен, Ханна, с удивлением взирая на нас, что-то быстро писала, не глядя на дощечку.

– Ульф! Он сказал, что камень рода нас всего лишь обручил! И что для подтверждения его решения мне и лорду Рейниру надо провести вместе ночь… Марен, я думала, он говорил про консумацию брака… – жалобно простонала, медленно опускаясь в кресло.

– И теперь ты и коннетабль – муж и жена, – потрясённо выдохнула девушка, а Ханна развернула дощечку к нам лицом, чтобы мы могли прочесть:

– «Мужчина вошёл в род Эсхейм»

– Как это?

– «Наш камень принял его» – ответила Ханна, но этого оказалось для меня недостаточно, только ещё больше всё запутало.