Строгий тон, хлесткие слова, уверенный голос, казалось бы, должны пугать и отталкивать. А меня, наоборот, заводят. В совокупности с суровым воинственным лицом, обрамленным золотыми локонами, – это вовсе гремучий коктейль. Бьет сразу в голову, как абсент, лишает разума и горькой полынью разносится по венам. Я точно под градусом, не соображаю, что происходит.
Не замечаю, в какой момент рядом вырастает какой-то амбал. Что-то щелкает в мозгу, запуская калейдоскоп воспоминаний. А это случайно не тот женатый старик, с которым Алена в школу приезжала?
Милое, виноватое «ой» – убеждает меня в том, что я не обознался.
А очаровательная улыбка обезоруживает. Окончательно сдаюсь, когда Рапунцель обходит стол и берет меня за руку.
– Так, я проведу Льва Романовича к машине, – называет меня официально, отчего я передергиваю плечами. Не такого обращения я ждал от невесты.
Но ее теплая ладонь, что сжимает мою, немного отвлекает. Перехватываю маленькую ручку, сплетая наши пальцы. Предупреждающе покашляв, Алена дергает меня и, как несмышленыша, тянет за собой к двери.
Да хоть на край света, принцесса.
– Леся, позовешь Рому? – не замедляя шага, на ходу раздает приказы. – Вася, на месте стой! – фыркает, когда охранник собирается увязаться за нами. И он испуганно моргает, не зная, кого слушаться.
– Аленушка, – Туманов, судя по тону, недоволен и грозен.
– Алик, если так беспокоишься, следи за нами по камерам. Ты же по всему двору их натыкал, – осекает брата, который встает с места. – А ты… – цедит, устремив на меня прищуренный взгляд.
– Уф-ф! – фыркает, не находя подходящих слов. И ногтями впивается в тыльную сторону моей ладони.
– Как скажешь, принцесса, – машинально соглашаюсь.
Алена пыхтит и выпускает иголки, как раздраженный ежик, а потом буквально выталкивает меня из дома. Хлопает по груди, когда мы оказывается возле моего мазерати. Мельком замечаю, что на площадке у Тумановых припаркованы несколько итальянских автомобилей, и ухмыляюсь. Ясно. Богатую папину дочку не купишь и ничем не удивишь.
Разве что искренностью и чувствами.
– Чего ты злишься, лгунья? – шепчу с улыбкой и обхватываю тонкую талию, фиксируя ее. Притягиваю Аленку чуть ближе, но не вплотную. Сохраняю небольшую дистанцию. Исключительно ради приличия."
"– Я не шутила про камеры, – вздергивает бровки. Не нарисованные, а изящные, красиво изогнутые. – Алик все видит.
– И что мне будет, если я тебя поцелую? – играю с ней, потому что она и сама не против, хоть вида не подает.
