Личная награда Альфы (СИ)

Он зачем-то нюхал девиц и возвращал их назад, абсолютно безразличный к их крикам и сопротивлению.

— Что он делает? — спросила я изумлённо. Повернув голову, я посмотрела на мать. — Зачем он их нюхает?

— Ищет среди «подопытных»… ты же так выразилась? — издевательски уточнила мать. — Ищет среди них тех, которые от него понесли.

— Что?

Внутри меня оборвалась какая-то струна.

«Такого же не может быть. У Артиса ведь нет детей… или есть?»

Мама улыбнулась.

— Это проблема всех оборотней, Алексис. Они вымирают. Все меньше детёнышей рождается в стаях, но самое главное — всё меньше рождается самих Альф.

— Поэтому Артис пошёл вот на это?

— Ну, разумеется, — спокойно согласилась мама. — Вожаки просто пытаются приспособиться.

Я перевела взгляд обратно на экран, присматриваясь к действиям Артиса. Сначала на видео это было почти не заметно, но, присмотревшись, я обратила внимание, что с каждой последующей девушкой настроение моего Викинга меняется. Он был явно разочарован, явно злился — и уже куда быстрее и безразличней отпускал девушек назад.

— Ты хочешь сказать, что…

— Он сам тебе признался, что у него нет наследников. Когда Альфа остается последний в роду, он фактически обрекает свою стаю на вымирание.

— Почему другой Альфа не может взять стаю… — я вспомнила то, о чем мне рассказывал Артис, и замолчала.

— Разве наследник стоит подобных мучений? — кивнула я на экран, где тихо стонали потревоженные измученные девушки.

Мама пожала плечами.

— Восемьдесят девиц, многие из которых сами согласились пойти на это ради денег.

— Ты сказала, что многие девушки согласились сами. — Я перевела взгляд на экран, вглядываясь в изможденные лица бедняжек. — Многие, но не все?

— Остальные выполняли приказание своего Альфы.

Мама замолчала. Она молчала так долго, что я вынуждена была на неё посмотреть.

— В стаях, Алексис, дети принадлежат не родителям, а Альфам. Вожаки решают, кому отдать девушку — свирепому воину, который растерзал больше сотни врагов, хитрому казначею… или продать в другую стаю, по обмену. Я всегда боялась, что это может случиться с моим ребенком. Я вынужденно, без права отказаться, работала с этими бедняжками и каждый раз мысленно думала, а что, если бы это был мой ребенок?

Я с изумлением увидела слезы, стоящие сейчас в глазах моей матери.