Но не хочу, чтобы вам приходилось выбирать между верностью роду и моими тайнами. Это… неправильно. Я расскажу все, что знаю сама, обещаю. Только не сейчас. Не здесь.
Целоваться в подвале дома, куда мог нагрянуть Шендан, тоже было неправильно, но это мы тоже сделали. После Ару помог мне вскарабкаться по кривой лестнице. В нос снова ударила вонь, и я едва не поскользнулась на каком-то хламе. Учитель снова придержал меня за плечо и задумчиво произнес:
– Нашим словам никто не поверит. На создании такого придется ловить за руку.
И лучше с тем, кто обладает определенными полномочиями. Нам нужен союзник в жандармерии. Придется обращаться к Руперту.
– К Руперту? – удивилась я. – Разве он там работает?
– Нет, - терпеливо пояснил Ару. – Но, как ты могла заметить, он знаком с половиной города. А пока нужно вернуться домой.
Крышка подвала вернулась на место, и мы развернулись к выходу. Но уйти не успели. В тот же миг дверь приоткрылась, и внутрь проскользнул еще один человек.
Мы оба его знали. Хорошей новостью было то, что это был не Лиор Шендан и не Дарем.
А плохой - то, что перед нами стоял Кай. И набросить маскировку мы не успели.
Кай на миг замер на пороге, а затем решительно захлопнул дверь. На меня он не смотрел. В комнате воцарилось молчание. Напряжение повисло в воздухе. Я почувствовала неловкость и липкий страх. Что здесь делает Кай? Наверняка его прислал Шендан. А уж как он смотрит на Ару… Кажется, они готовы испепелить друг друга.
– Что вы здесь делаете? – наконец, нарушил тишину третьекурсник.
– Тебя прислал отец? – ответил вопросом на вопрос Ару.
Кай стиснул зубы. От него снова шло ощущение странной силы. А на пальцах моего учителя появился огонь.
Я попросила:
– Прекратите!
А затем повернулась к Каю и спросила в лоб:
– Тебя прислали проверить это?
Я кивнула в сторону входа в подвал.
Кай побледнел и мотнул головой:
– Не понимаю, о чем ты. Но если отец узнает, что вы были здесь…
Я шагнула вперед и заглянула в темные раскосые глаза:
– Он узнает, только если ты расскажешь.
Мне не нужно было смотреть на учителя, чтобы понять, что он в ярости. Но я понимала, что договориться с Каем могу только я. И надеялась, что Ару тоже это поймет.
– Ты сказал, что хочешь помочь мне, Кай, – напомнила я. – Не говори отцу, что встретил нас здесь. Пожалуйста.
Он, наконец, посмотрел на меня. Я видела, что третьекурсник колеблется, и молилась, чтобы учитель за моей спиной продолжал молчать. Кажется, эти двое терпеть не могут друг друга.
