Так себе расклад, и я выдал:
— Я вроде избрался уже, Владимир Вольфович. Пора уже получать, а не вкладывать. Я столько потратил, что можно этот Госплан снести, и новый построить.
— Вот ты меркантильный какой, — расстроился Вольфович. — Нам Борис Николаевич из принципа ни копейки не даст. Как бы вообще электричество не отключил, как в Белом доме в сентябре.
Я поплевал через плечо, Жирик тоже.
— Ну, будь человеком! Бюджетный комитет получишь. Тебе же самому это нюхать.
— Ну раз бюджетный, то я согласен, — важно кивнул я, прикинув, что отбить на таком посту свои деньги смогу по-любому.
— Купим мы вам насосы в качестве спонсорской помощи. Немецкие! Так и быть, поможем сироткам.
— Партия ЛДПР оплатит это мероприятие! — с важным видом выкрикнул Жирик, а я в очередной раз восхитился этим человеком. Заработал мигом очки у всех. Причем на пустом месте.
В общем, вот так я стал руководителем бюджетного комитета в парламенте, который не заседал пока ни одного дня. И все благодаря дерьму, которое разгребать мне.
Точнее, немецким насосам, которые уже летели самолетом в Москву и завтра должны были приступить к своему нелегкому труду.
Закончив вспоминать всю историю «вступления в должность», я выключил телек, повернулся на другой бок и попытался заснуть, но не смог. И на это у меня имелась очень веская причина. Дело в том, что это в СССР пользовать девушек в гостинице можно было только до одиннадцати. А в свободной России, когда хочешь, тогда и пользуй. Демократия!
Стены в гостинице «Советская» оказалась картонными.
Стоило мне заснуть, как сверху раздался скрип кровати и охи-вздохи. Причем, только мужские. Я открыл глаза и зло уставился в потолок. Ленка, сука такая, выперла меня из дома, и вот теперь слушай эту отечественную камасутру.
— Сосед! Она у тебя там что, мертвая лежит⁈ — рявкнул я во весь голос, — Да вдуй ты ей как следует!
Слушать охи мне надоело очень быстро, и ситуация выбесила окончательно. Идти просить новый номер и переезжать со всем барахлом? Спасибо, не надо.
Но и терпилой быть не хотелось.
— Да не, не мертвая. Вроде моргает. — раздался сверху приглушенный голос горе-любовника.
Я засмеялся и посмотрел на часы. Полпервого ночи. Ну все, сон испорчен, уже не засну. Оделся и пошел в ресторан. Кухня, может, и не работает, а вот бар… Да, бар не спал никогда, как не спали и его постоянные обитатели.
Внизу я нашел всю «банду» Лакобы. Воры сидели за угловым столиком и резались в карты.
