Лихие. Бригадир

— Ну, чтобы третьей не было, — поднял уже тост я. Мы опять чокнулись, разобрали сухарики с блюдца. Мнда… Не так я себе представлял проставу.

— О, Китаец! — обрадовался Копченый, заметив зашедшего в бар Пака. — Мы тут!

Гриша помахал ему, а Димас протиснулся к нашему столику. Пожал руки, начал отряхиваться от снега.

— Хули ты делаешь⁈ Попутал, чурка нерусская?

На лысого здоровяка с золотой цепью попало немного снега, и он резко вскочил, толкнув Димона. Тот толкнул его в ответ, он такого никогда не спускал. Назревала драка.

Рядом встал товарищ лысого — щуплый мужичок с крысиным лицом и медного цвета волосами. Поднялись и мы. Двое против пятерых? Не, не потянут. Разве что кто-то из посетителей впишется.

— Какие-то проблемы? — надвинулся на них Штырь. — Нет! Ну ща будут!

Он достал из кармана четки на стальных гайках и начал крутить их в руке. Натуральный кистень. Причем ничего незаконного, пока по голове им не бьешь. Ведь в нашей законопослушной стране любой ребенок знает, что даже мамина скалка, примененная не по назначению, в глазах милиции превращается в холодное оружие дробящего действия.

Лысый и крысомордый, видимо, знали это тоже, а потому слегка поскучнели, сразу растеряв весь боевой задор.

— Братва! Все ровно! По пиву за наш счет, — я не стал обострять, достал деньги из кармана и помахал бармену. Налей, мол, им, я оплачу.

Лысый помялся, зло посверкал поросячьими глазками, но потом все-таки опустился за стол. Мы тоже решили не портить вечер и подвинулись, чтобы Китаец мог сесть. Подняли еще раз тост за меня, добив взятое пиво.

Копченый ушел за новой порцией, а у нас начался обычный мужской треп ни о чем. Сначала обсудили политику. Тем было всего две: «Мишка Меченый просрал страну» и «Ельцин молодец, он всех спасет». А потом обсудили резко подорожавшую водку. Вспомнили табачные бунты прошлого года. Шли слухи, что будут закрывать фабрики, которые производят сигареты.

— Иностранные, пиздец, сколько стоят, — вздохнул Карась. — Откуда бабки брать?

— Есть одна тема, — тихо начал я, когда парни дошли до кондиции.

Посетители вокруг уже сменились. Лысый с крысомордым, выпив дармовое пиво, уже ушли, а рядом засела какая-то шумная компания, которой все вокруг были до фени.

— За Вахидова слышали? — спросил я, забирая последний сухарик с блюдца.

— Не советую, — остро глянул на меня Штырь. — От всей души не советую. Закопают тебя, дружище.

— Давай без лирики, — поморщился я. — Ты забыл, где я провел последние годы? Я там насовсем бояться разучился.