Они не являлись теми, за кого себя выдавали, они лишь пытались создать видимость. Пыжились и надували щеки. Или, говоря по-нашему, колотили гнилые понты. До тех волков, что окопались сейчас в Грозном, им как зайцу до Пекина. Те ребята были готовы за свои убеждения воевать, а эти всего лишь хотели очередную порцию денег.
— Бюджетный комитет Госдумы, — многозначительно изрек я, — не видит необходимости расширения финансирования вашего… э-э-э… территориального образования. Отчетность о расходовании денежных средств отсутствует полностью, органы государственной власти на территории республики не функционируют.
У вас даже ГАИ нет, а ворованные в Москве машины прямо со старыми номерами по Грозному и ездят. Говоря простым языком, вы, уважаемые, в Чечне вопросов не решаете.
Товарищи из Временного совета были с моим заявлением на согласны, о чем и высказались в предельно недоступной мне форме. Я этот язык не понимаю. Они загомонили, закрутили папахами, всячески выражая законное возмущение моими словами.
Оно сквозило из каждого их жеста. Наконец, бурные консультации среди гостей подошли к концу, и я услышал резюме.
— Эй! — пристально посмотрел на меня глава делегации, имени которого я так и не запомнил. — Мы в Чечне любые вопросы решаем. Мы, и только мы порядок поддерживаем в республике. Там без нас все в один день рухнет.
— Да? — удивился. — Ну если любые вопросы решаете, тогда вот…
Я написал десяток имен на листе бумаги и передал их главе. Тот прочитал, побледнел, а потом начал вытирать обильно выступивший на лбу.
На его лице была написана полнейшая растерянность.
— Везите этих людей сюда, их оформляют в Матросскую Тишину, и я лично пробью вам финансирование, — с людоедской улыбкой сказал я. — Месяца на все хватит?
— Хватит, — мрачно ответили гости и удалились по-английски, не прощаясь. Видимо, пошли на меня жаловаться. Они этих людей никогда не привезут. Они сами их боятся до ужаса. И ведь в моей бумажке отнюдь не Дудаев.
— Заседание бюджетного комитета объявляю закрытым, — сказал я, стараясь не смотреть на лица очумевших коллег по депутатскому бизнесу.
Наверное, я привнес что-то новое в методику формирования бюджета страны, и сейчас они безуспешно пытались оценить все величие моего замысла. Видимо, такого рода бартер — бабки в бюджет в обмен на бандитов — это ноу-хау имени депутата Хлыстова. Но, с другой стороны, я их за язык не тянул.
— Слушай, Сережа, — шепнула мне на ухо Хакамун.
