Лихой гимназист

Он расстроился из-за моего непослушания, приехал к Тимофею Марковичу и обвинил в том, что тот якобы внушил мне вредные идеи и побудил пойти против родительской воли. Он начал грубить, дядя пытался прогнать его, но тот уходить не желал, и тогда были сказаны роковые слова.

— Да уж, — покачала я головой. — У отца совсем крыша поехала. Мне жаль, что вы пострадали из-за его дурости.

— Алексей, — строго произнёс Тимофей Маркович. — Что бы он ни сделал, он — твой отец, он растил и воспитывал тебя. Отнесись к нему с должным почтением.

— Моё мнение останется неизменным. Он упрям и себялюбив. С ним и раньше невозможно было договориться, а последний раз, когда мы общались, он и вовсе обозвал меня бесом. Смотрел так, словно убить хочет. Теперь он для меня — чужой человек.

— Жаль, что так случилось. Он упрям — ты прав. Это и губит его.

Дядя расспросил о моей жизни и о том, как мне удалось снять квартиру (я придерживался версии, что занял денег у друзей), а когда я собирался уходить, вручил увесистую кожаную папку с машинописными листами.

— Тут половина первого тома «Руководства…», — объяснил Тимофей Маркович. — Бери и занимайся. Кто бы что ни говорил, а всё равно считаю, что ты должен развивать свой талант.

Удивительно, сколько сил потратил дядя, чтобы снабдить меня информацией. Похоже, для него это действительно было чем-то очень важным. И такой подарок не мог не обрадовать. Пока я имел лишь обрывки знаний, надиктованные архонтом, теперь же предстояло взяться за фундаментальное изучение тёмной стихии.

Планы на жизнь обретали некоторую ясность. За полтора месяца, что я провёл в это мире, многое стало понятным и привычным, появились новые связи, а на горизонте замаячила возможность заработка.

Теперь я хорошо представлял возможности и перспективы, открывающиеся передо мной. Пока имелось лишь два варианта, куда податься после школы, если не считать чиновническую службу, которая даже не рассматривалась. В первом случае я мог пойти в священную стражу, во втором — обучиться артефактостроению и открыть собственное дело.

Так, например, он желал направить меня в первую гимназию, а я сомневался, что это хороший вариант. Здесь, в третьей, созданы все условия: коллектив уважает, директор боится, надзиратель куплен.