Лихой гимназист

— У меня сейчас других забот полно, — сказал я, решив копать в нужном мне русле. — Источник дохода требуется. Заработок.

— У тебя же учёба, — напомнил дядя.

— Совмещать можно. Тем более, каникулы впереди.

— И чем же ты намерен заняться?

— Пока не знаю. Но у меня есть талант и некоторые навыки. Вот и думаю, может быть их можно как-то применить? Вы — человек сведущий в таких вопросах. Хочу посоветоваться.

— Да я разве что в министерство могу тебя на два месяца взять на мелкую бумажную работу. Что ещё предложить?

— Вы не поняли.

Мне нужен реальный заработок. Чары тёмной стихии — редкий дар, а значит, должен высоко цениться. Неужели его некуда применить?

Дядя задумался.

— Так-то оно так, — произнёс он, — но тут либо в гвардию идти, либо… возможно, получится создавать артефакты.

— Не, в гвардию не хочу. А что насчёт второго? Что для этого нужно?

— А для этого учиться нужно. В институте есть специальные кафедры. Если отец позволит, можешь поступить. Только не знаю, обучают ли на артефакторов заклинателей тёмной стихии.

Редкий это талант, и применения широкого не снискал. У тёмной стихии одно предназначение — уничтожать. Но тут ведь как? На военную службу такие артефакты не поставишь. Их и заряжать нужно и ремонтировать, а кто этим заниматься будет, если нас на всю империю и двух сотен не наберётся? А в мирной жизни нужно совсем другое. В общем, задачку ты мне, Алёша, задал… Я ведь и сам пока не понял, куда свой талант применить. Могу лишь обучить тебя тому, что знаю. Ничем другим помочь, увы, не могу.

— И на том спасибо, Тимофей Маркович. Только подсказывает мне чутьё, что после того случая книг вы мне больше не доверите.

— Да видишь ли, не в доверии дело. Наказал мне Афанасий Иванович, чтобы книги я в чужое пользование не давал. Благо, что сейчас всё обошлось, а то ведь всякая оказия случиться может. Так что не обессудь, Алексей, не могу тебе выдать литературу. Но думаю я вот что. Книгу-то можно на машинке перепечатать, верно? Так и поступим. Как будет готово, пришлю тебе копию.

Обучаться-то как-то надо. Только отцу своему не говори. Сейчас он не поймёт.

— Ему это знать ни к чему, вы совершенно правы, — согласился я.

— Только предостеречь хочу… — тут Тимофей Маркович стал совсем серьёзен. — Тёмная стихия — это страшная сила. Она душу ко злу склоняет. Ты давно причащался-то? А зря. На исповеди ходи и причащайся. Только это наши души от зла и бережёт."

"Возражать я не стал, хотя внутри согласен не был.