Лихорадка в крови

Какая-то тень мгновенно встала между ними и прикрыла собой Виллему. Ни она сама, ни капитан не успели ее разглядеть, она была страшна: когда-то, наверное, очень давно, это был человек. Возвышаясь над ними, тень грозно нависла над капитаном. Капитан вскрикнул от страха и выронил саблю. Сабля с шипением превратилась в кусок раскаленного металла, который, словно от боли, извивался на полу каюты, в конце концов от него осталась лишь горстка белого пепла.

Шипение прекратилось. Капитан, дрожа, метнулся к двери:

— Где мои люди? Я приведу их сюда…

Дальше все происходило помимо воли Виллему.

Она уже и не могла бы ничего изменить. Оцепенев, она смотрела на происходящее, не веря своим глазам.

Капитан положил руку на ручку двери. Ручка, словно густой сироп, потекла на пол, в руках у капитана осталась липкая масса. Он повернулся к Виллему, крича от бешенства и страха. Фонарь на потолке вдруг начал сильно раскачиваться, описывая круги; с треском и грохотом рухнули переборки, и каюту заполнили чудовища, это были полулюди-полупресмыкающиеся.

Они окружили капитана, который продолжал вопить, как безумный.

Кто-то положил руку на плечо Виллему. Она обернулась.

— Не бойся, Виллему, ты моя прапрапраправнучка, — произнес добрый низкий голос. — Мы рядом, и потому с тобой ничего дурного случиться не может. Ты нам нужна. Ты одна из трех, избранных мною.

Виллему смотрела на неземное лицо с янтарными глазами. Внушающее трепет и в то же время привлекательное, красивое и полное любви.

— Тенгель! — прошептала она.

 — Тенгель Добрый!

У нее брызнули слезы, она была взволнована встречей со своим легендарным предком. Он улыбнулся ей и исчез. Но она все еще чувствовала на своих плечах легкое прикосновение его рук.

Виллему снова обернулась к капитану. Чудовища тесным кольцом окружили его, он уже не кричал, а только слабо хрипел. Лицо у него было белое, как мел, он держался за сердце. Через мгновение он рухнул на пол и затих. Его мертвые глаза, все еще полные ужаса, смотрели в потолок.

Фонарь раскачивался уже совсем тихо.

Духи бездны исчезли, переборки вновь были целы, дверная ручка — тоже. Великолепная сабля капитана как ни в чем не бывало лежала на полу. Виллему взглянула на его руки, от ожогов не осталось и следа.

Но парик капитана все еще лежал в плевательнице. Туда он попал по воле самой Виллему. Все остальное случилось только в воображении капитана.

Виллему начало трясти. У нее стучали зубы.

Они все приходили сюда. Все, отмеченные печатью Людей Льда.