Лихорадка в крови

Хуже обстояло дело с Танкредом и Тристаном, отцом и братом Лене. Они с трудом получили разрешение присутствовать на свадьбе, ибо должны были принять участие в сражении на стороне датчан.

Однако в самом щекотливом положении оказался сам жених, который жил в Сконе и теперь считался шведским подданным. К тому же он был офицером. Тем не менее к назначенному дню все родственники съехались в Габриельсхюс. Впервые за много лет все они были в сборе. Это был долгожданный миг!

На борту корабля, идущего из Норвегии в Данию, Виллему нетерпеливо ходила вдоль поручней.

Не корабль, а улитка! Виллему не любовалась красотой берегов, синевой неба, морской гладью; ее занимала только одна мысль: скоро она увидит Доминика!

А что, если он не приедет? До них тоже дошли слухи о напряженных отношениях между Швецией и Данией, и они понимали, что едут наугад. Может, им вообще не суждено вернуться домой. Но они решили рискнуть: свадьба в семье — слишком важное событие, чтобы не присутствовать на ней из-за какой-то нелепой войны.

Но как же Доминик? Виллему так боялась за него!

Габриэлла подошла к дочери и остановилась у по ручней, их корабль только что вошел в Эресунд и теперь им были видны берега и справа, и слева. Виллему поняла, что мать чем-то встревожена.

— Послушай, Виллему…

«Какое осторожное начало! Мама, милая, не томи душу, — взмолилась про себя Виллему, — ведь я знаю, что вы хотите сказать!»

— Виллему… я полагаю, ты наконец встретишься там с Домиником…

— Наверное.

 — «Господи, как я надеюсь на это!»

— Прошу тебя… прошу тебя, будь осторожна. Ведь я знаю, что вы любите друг друга.

Виллему сухо кивнула.

— Обещай нам с отцом, что ты не дашь ему повода…

— Повода к чему? — Виллему захотелось подразнить мать.

— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Обещай, что ты будешь избегать его. Хорошо? Анетта писала мне, что они с Микаелом взяли с Доминика такое же обещание. Вы с ним не должны встречаться наедине.

Не должны нарушать законов нашей семьи. Остерегайся любви, которая обречена, Виллему!

— Матушка, вы слишком многого требуете от меня! — вспыхнула Виллему. — Ведь я увижу его после стольких лет разлуки!

— Мне очень тяжело, дорогая. И мы же не требуем, чтобы вы вовсе не разговаривали друг с другом. Мы только хотим, чтобы это происходило в нашем присутствии. Ты понимаешь, что я имею в виду?

Виллему долго молчала. Она была разочарована.