Лихорадка в крови

Виллему оставили их сторожить, а мужчины принялись расчищать тропу. Судя по всему, обвал случился совсем недавно.

Виллему наблюдала за Домиником, который без труда поднимал большие камни, она бы их и с места не сдвинула. Йенс тоже не отставал от него, он пыхтел, лицо у него блестело от пота.

Ёте выбился из сил и присел рядом с Виллему на бугорок. Она не ответила на его веселый призывный взгляд.

В теснине стоял терпкий дух прокаленных на солнце деревьев. Из-под ели, где лежала кружевная тень, сладко пахло влажной лесной почвой.

За спиной у Виллему склон почти отвесно спускался к реке.

Прохладная вода так и манила! Вот бы сейчас окунуться, мечтала Виллему. Толстые, негнущиеся драгунские штаны доставляли ей много неудобств.

Ущелью не было конца. Оно разрезало горный хребет и уходило вдаль, это они видели, когда спускались сюда с плоскогорья.

Зловещее место! Глухая теснина, настолько узкая, что по ней едва можно было проехать.

— А ты смелая девица, — услышала Виллему рядом с собой чей-то голос.

Она с удивлением обнаружила, что Ёте сидит уже совсем рядом, в задумчивости она успела забыть о нем.

Ёте смотрел ей в глаза.

— Не каждая на твоем месте решилась бы так открыто признаться, что ей нужен мужчина… Я знаю, многие девушки так думают, но вслух этого ни одна не скажет.

Виллему молчала. Ее признание предназначалось только Доминику, мнение остальных ее мало заботило.

— У тебя горячая кровь, — задумчиво продолжал Ёте. — Неужели ты все-таки надеешься заполучить своего возлюбленного?

Виллему не слушала его.

Ее внимание было поглощено Домиником. Он скинул рубаху, она вновь увидела его смуглую золотистую кожу, узкую полоску черных волос, сбегавшую к низу живота… Лицо было замкнутое, он сосредоточился на работе.

Виллему взглянула на его руки. Сильные, жилистые, красивые. Как приятно, когда они касаются лица, кожи, когда они ласково и нежно пробегают по всему телу…

Ёте был опытный соблазнитель. Он будто случайно слегка коснулся рукой ее колена. В этом невинном жесте не было, казалось, никакого тайного смысла.

— Может, отойдем в сторонку, потолкуем немного? — дружески предложил он. — Ты, небось, уже устала от постоянного надзора своего сурового родственника? Ты же взрослая женщина, можешь и сама постоять за себя.

Виллему наконец-то вернулась к действительности.

Любая девушка на ее месте не усмотрела бы никакого подвоха в таком, казалось бы, невинном предложении. Но Виллему за свою короткую жизнь достаточно нагляделась на мужское коварство.