Лили

В ее водянистом свете Лили разглядела его лицо. Ее улыбка дрогнула.

– Что случилось? – спросила она, когда он остановился перед нею. – Что-то не так?

Сумрак опять сгустился, Лили не смогла разглядеть выражение его лица, но поняла, что произошло нечто ужасное. Напряженность его позы была заметна даже в полумраке.

– Дэв, в чем дело? Что слу… Ой! – вскрикнула она скорее от удивления, чем от боли, когда он поймал ее руку и рывком подтянул к себе, другой рукой схватив за плечо.

Его голос глухим рычанием прозвучал у нее в ушах, его зубы были оскалены в звериной гримасе.

Чувствовалось, что он охвачен необъяснимой яростью и сдерживается с великим трудом.

– Ты не ждала меня домой так рано, верно?

– Что? Нет, я… Дэвон? Мне больно! Лили запнулась, когда он встряхнул ее так, что лязгнули зубы, и потащил к дому.

Она ковыляла за ним, спотыкаясь, стараясь оторвать его пальцы от своей онемевшей руки, но они сжались, как стальные тиски.

– Перестань, зачем ты это делаешь? Прекрати, мне же больно! Дэвон!

На ступенях террасы Лили упала и расшибла колено.

Дэвон даже не оглянулся и не замедлил шага, только вздернул ее кверху; ей пришлось вскарабкаться по ступеням и хромая бежать за ним, чтобы не отстать.

– Что случилось? – плача, спросила она. – Что ты делаешь?

Дэвон не ответил, в его лице читалась лишь неукротимая ярость. Обогнув угол дома, он подтащил ее к парадным дверям, втолкнул внутрь и волоком потянул вверх по лестнице. Лили с размаху налетела на перила, ребра ей ножом пронзила боль.

Оглушенная, не в силах вздохнуть, она упала на колени. Он с проклятьем заставил ее подняться на ноги и опять повлек за собой.

Когда они добрались до дверей ее комнаты, Дэвон толкнул Лили внутрь. Его лицо заставило ее дрогнуть, стиснутые кулаки наводили ужас.

– Не понимаю, в чем ты меня обвиняешь! – вскричала она, держась за бок. – Скажи мне, что случилось?

Ее показная невинность привела Дэвона в бешенство. Он рыча подскочил к ней и схватил ее за волосы.

– Я бы дал тебе денег.

Убийца, подлая сука, не надо было стрелять в Клея!

Вся кровь отхлынула от лица Лили.

– О Боже, Дэв! Клей? – еле выговорила она дрожащим голосом. – В него стреляли? Он ранен?

Тело Дэвона горело огнем. Ему пришлось опустить руки, столь велик был соблазн выдрать ее волосы с корнем.

Лили ощутила волну панического ужаса. Было ясно видно, что он едва сдерживается, одно неверное движение или слово, и его безумие могло выплеснуться через край.