Лили

Губы тоже нежные, мягкие. Ласковые. Серо-зеленые глаза. В полутьме трудно было разобрать, какого цвета у нее волосы. Пока он рассматривал незнакомку, его ярость немного утихла под ее спокойным и ясным взглядом.

– Правда? – переспросил хозяин дома, сам удивляясь тому, что к нему возвращается что-то, похожее на самообладание. – Ах да, я вижу сходство. Лилия. – Ему хотелось коснуться ее, убедиться, что ее белая кожа так же нежна на ощупь, как и на вид, но в одной руке у него был графин, а в другой подсвечник.

– Что же ты делаешь в моем доме. Лили?

"Пусть говорит, – подумал он, – пусть скажет все, что угодно”. Ему просто хотелось еще раз услышать ее голос.

Лили вдруг поняла, что больше не испытывает страха. В обращенном к ней взгляде мужчины уже не было гнева, осталась только боль, в его голосе послышалась несколько странная, неожиданная при данных обстоятельствах мягкая почтительность.

– Я – ваша новая служанка, сэр, – тихонько произнесла она.

И тут же заметила, что его лицо вновь необъяснимым образом изменилось: теперь оно выражало лишь холодное презрение.

Виконт Сэндаун сделал шаг назад.

– Ну да, конечно, – сказал он, скривив губы в злой усмешке.

Грохнув об пол тяжелым кованым подсвечником, Дэвон потянулся рукой за пояс. Девушка испуганно ахнула, и ему это понравилось. Кобб что-то пробормотал у него за спиной, но проворно отступил, когда виконт, повернувшись на каблуках, вскинул вверх пистолет, прищурился и спустил курок.

Как валун, сорвавшийся с вершины утеса, громадная хрустальная люстра обрушилась прямо на натертый до блеска паркетный пол и с оглушительным треском разлетелась на куски.

Лили ахнула, стараясь увернуться от летящих во все стороны осколков. Хозяин дома опять обернулся. Она увидала его лицо, искаженное какой-то невыразимой мукой, и отшатнулась. Он сделал шаг по направлению к ней, но в тот же миг долговязый чернобородый человек по имени Кобб выхватил у него пистолет.

Дэвон зарычал, и Кобб приготовился защищаться, но вместо того, чтобы броситься вперед, хозяин вдруг оступился, с глухим стуком ударившись плечом о стену и тихим, бесстрастным голосом испуская ругательства.

Его рука затряслась, когда он поднес графин ко рту. Кобб повернулся к Лили.

– Ступай наверх, – процедил он сквозь зубы.

– С какой стати? – Дэвон бросил на нее язвительный взгляд, вытирая рот рукавом. – Она же чертова служанка, не так ли? Вот пускай и приберется тут.

Лили никак не могла унять дрожь.