И замерла, как соляной столб, открыв от изумления рот, не в силах отвести глаз от молодого хозяина, стоявшего к ней спиной в чем мать родила. Он взглянул на ее отражение в зеркале гардероба, перед которым брился, и бросил через плечо:
– Спасибо, поставьте на кровать.
Смысл его слов дошел до Лили в тот самый момент, когда он повернулся к ней лицом, не понимая, почему она медлит. Из груди у нее невольно вырвался какой-то звук, не крик, ну и, конечно, не визг, как она впоследствии уверяла сама себя, просто возглас.
Потом она сделала то единственное, что была в состоянии сделать: опустила поднос на первую попавшуюся на глаза горизонтальную поверхность (к счастью, ею оказалась именно кровать), повернулась спиной к голому мистеру Дарквеллу и пустилась наутек. В тот момент, когда дверь закрылась, вслед ей раздался взрыв веселого хохота.
Лили остановилась в пустом коридоре. Щеки у нее пылали, перед глазами поминутно всплывала только что пережитая сцена.
В этом была и смешная сторона: целую неделю ей хотелось хоть одним глазком взглянуть на молодого хозяина, и все без толку, а теперь, после того как она увидела его обнаженного с головы до пят, при новой встрече она вряд ли узнала бы его в лицо. Лили очень старалась последовать его примеру и посмеяться над случившимся, посмеяться хотя бы над собой, взглянуть на все, как на своего рода наглядный урок: ей ведь никогда раньше не доводилось видеть обнаженного мужчину.
Но она ощущала лишь тревогу и страх. Шутки шутками, а урок еще не кончился: ей предстояло отнести еще один поднос. А что, если в эту минуту сам хозяин пребывает на той же стадии утреннего туалета, что и его младший брат? По причинам, ей самой неизвестным, одна мысль о подобной перспективе вселяла в нее суеверный ужас.
Пройдя по коридору в противоположную сторону от лестницы и поминутно твердя, что нельзя вести себя как ребенок. Лили сумела немного успокоиться.
И все же ей понадобилось все ее мужество, чтобы поднять руку и тихонько постучать. Никакого ответа. Она еще раз коснулась двери костяшками пальцев, сама едва расслышав производимый при этом звук, потом нетерпеливо передернула плечами и постучала громче.
Девушка вздрогнула так сильно, что посуда и приборы на подносе задребезжали, закрыла глаза, толкнула дверь и застыла на пороге.
Она приоткрыла один глаз и нерешительно осмотрела комнату.
