Лили

А теперь возьму!

– Никаких денег она тебе не даст, я не позволю! Ее гнев разгорелся еще жарче, давно копившиеся слезы выплеснулись наружу раскаленной лавой, она задыхалась и почти не могла говорить. Первоначальное стремление убежать от него подальше сменилось другим: бороться и стоять на своем.

– Мне бы следовало догадаться, что ты лжешь! Только на это ты и способен! Ты просто хотел опять забраться ко мне в постель, вот и все! И солгал, чтобы соблазнить меня еще раз. А теперь ты хочешь отнять у меня ребенка, но ты его не получишь.

– “Никогда не перестану раскаиваться”! – передразнила его Лили, скривившись от отвращения. – Подлый ублюдок! “Люби меня, ты нужна мне”! Да ты.

– Бога ради, – воскликнул Дэвон, – неужели ты в этом сомневаешься? Ты действительно мне не веришь? Но все это правда!

– Ты даже не знаешь, что такое правда! Но я больше не хочу слушать. Все кончено.

Нечеловеческим усилием Дэвон сдерживал себя.

– , Лили, сжалься надо мной.

– Тебе следовало бы знать!

– Да! Да, я это признаю. Мне следовало знать.

– Все кончено, Дэвон. Тому, что ты сделал, нет прощения.

– Но ты меня любишь!

– Я разлюблю. Уже разлюбила.

– Выходи за меня замуж. Лили рассмеялась ему в лицо.

– Никогда. И, слава Богу, ты не можешь меня принудить. Я ухожу. Постараюсь как можно скорее тебя забыть. Я найду кого-нибудь другого, хорошего человека, который будет любить меня и моего ребенка…

– Ты хочешь забрать у меня ребенка?

– Да! Ни минуты не раздумывая.

В ответ на это Дэвон выругался с такой яростью, что она отшатнулась.

– Я этого не допущу, – проговорил он сквозь зубы. – Я не откажусь от тебя.

– Говори что хочешь, это не имеет значения. Я и не жду от тебя помощи. Но я уйду от тебя, и мой ребенок тебе не достанется, ты его даже не увидишь! Никогда!

– Я этого не позволю.

Глаза Лили со злостью сверлили его. Она отрицательно покачала головой.

– Я оставлю его себе! – не выдержав, взорвался Дэвон. – Я заберу его у тебя, у меня сил хватит! Что мне за дело до твоих денег? У меня их больше. Я пэр Англии, член парламента, я окружной судья, черт побери!

– Вот оно! – вскричала Лили, поймав его наконец на слове.