Лили

– Я так и знала! Тебе наплевать на меня, тебе нужен только мой ребенок взамен того, которого ты потерял! Но я Богом клянусь, Дэв, ты его не получишь!

Она судорожно рыдала, содрогаясь всем телом и обхватив руками живот в отчаянной попытке защитить себя. Разум вернулся к Дэвону, окатив его ледяной волной.

– Успокойся, – предупредил он, – ты повредишь себе, если не перестанешь плакать.

– Тогда оставь меня. Убирайся! Видеть тебя не хочу! Дэвон понял, что с него довольно. Он чувствовал себя избитым, физически сломленным.

– Я пришлю Лауди, – пробормотал он, пятясь к двери.

Едва выйдя из дверей, Дэвон повернулся и бросился бежать.

День выдался пасмурный и ветреный, но теплый. Волны Ла-Манша, приближаясь к берегу, застывали на мгновение, словно стремясь в последний раз глотнуть воздуха, и разбивались миллионами сверкающих осколков на прибрежной гальке.

Клей держал Лили за руку, они вместе следили с вершины утеса за катящимися внизу валами.

– Мы с Дэвом часто играли здесь, когда были детьми, – сказал он.

– Знаю.

Он как-то раз приводил меня сюда. Про себя она добавила: “И поцеловал меня в первый раз. Каким же я тогда была ребенком!"

– Он назвал это место бухтой Утопленника. Лили заглянула через плечо Клея вниз, туда, где у подножия отвесной стены вздымался огромный камень, полностью обнаженный отливом. Скала Утопленника.

– В пещерах под этим утесом мы играли в пиратов. Разница между м-м-мной и Дэвом в том, что я стал пиратом. Когда вырос.

– Никогда ты не был пиратом, – насмешливо фыркнула Лили и незаметным жестом прижала руку к ноюшей пояснице, стараясь облегчить боль.

– Ты занимался “свободной торговлей”, а это более благородное занятие. Может, нам снова присесть? – предложила она, чувствуя, что боль не унимается.

Они вернулись к расстеленному одеялу и остаткам своего пикника. Лили с облегчением опустилась на землю; Габриэль растянулся рядом с нею, положив тяжелую голову ей на колени, на самый краешек, где еще осталось место, не занятое ее животом.

– Нравится мне этот пес. Он в-в-всегда с тобой, правда?

Лили поменяла положение в поисках более удобного Ноющая боль появилась прошлой ночью и с тех пор не только не прошла, но даже усилилась.

Клей следил за нею: она послала ему вымученную улыбку.

– Ты злишься на меня, Лили?

– Нет! С какой стати мне на тебя злиться?

– Потому что я не даю тебе денег.

Она пробормотала в ответ что-то невнятное.

Клей заговорил искренне и серьезно:

– Мы друзья. Лили, я бы сделал для тебя все, что угодно, клянусь тебе.