Сам не приехал, а вас вместо себя для нее… Извините, конечно, но что вас заставило в такую ночь тащиться за столько километров, в метель?! Там что, девушек красивых мало?
Иванов готов был со стыда сквозь землю провалиться. Этим вопросом он и сам всю дорогу задавался.
– Друг попросил, я не смог отказать, – пробубнил он с красным лицом.
– А-а, а если он вас на ней жениться попросит, женитесь? – Аккуратный Настин ротик изогнулся саркастической дужкой. – Эх, вы! Мужчины… Идите мыть руки, и за стол. Голодны?
– Очень, – не стал он притворяться.
– Ничего не удалось перехватить в дороге.
– А дома?
– Дома никого.
– Родители? Родители-то живы?
Пытливые карие глазки смотрели на него с явным интересом. Не с тем, приценивающимся, когда молниеносно по твоим запонкам, ботинкам, зонтику определяют размер годового дохода. А с таким, что напрочь лишен меркантильного любопытства и таит в себе нечто, намекающее на интригующее продолжение.
– Родители, слава богу, живы. Но мы давно разъехались. Так где помыть руки, Настя?.
.
Лида – ее яркая, эффектная подружка – ввалилась в квартиру, когда Сергей уже закончил поверхностный осмотр жилища и сделал экспертное заключение: девочка что надо, Вершинин не обманул.
Все вокруг чистенько, аккуратненько. Цветов немного, но все к месту. Скатерть на столе накрахмалена до скрежета. В огромном блюде в самом центре стола такое аппетитное мясо, что у Иванова один вид его отозвался судорогой в желудке. Салаты, множество салатов! Пышные пирожки с затейливыми вензельками по пузатым бокам.
Аккуратные ровные кубики холодца, высившиеся на тарелке, чуть подрагивали от его шагов. Так и запустил бы вилкой в самый верхний, ощетинившийся мясными волокнами и ломтиками чеснока.
Холодец Иванов, между прочим, любил с детства. И тут угодила рыжая!.."
"– Ой, здрасте! – проныла даже, а не молвила подружка, скидывая Иванову на руки дорогую дубленку. – Я Лида, а вы?..
– Сергей.
Пришлось поцеловать ее холеную ладошку, слишком уж настойчиво она ему ее совала.
– Оч… приятно, – тут же подхватила его под руку и поволокла, успев, правда, спросить разрешения у Насти: – Так мы к столу?
– А куда же еще-то, не в прорубь же! – фыркнула хозяйка.
– В прорубь, между прочим, чуть позже. Ведь мы станем сегодня купаться в проруби, так ведь, Сергей?
Лида плотно прильнула левой грудью к его предплечью. Настя, несомненно, это заметила. И у него тут же испортилось настроение.
Может, Лида и хорошенькая, даже очень. Но подошла бы она скорее Генке, в самом деле.
