Лёд и пламя

В 1939 году как раз началось перевооружение. Армия начала получать новые винтовки СВТ – 38, взамен трёхлинеек. И, как водится, первыми в нашем батальоне самозарядки получили мы. Когда прибыли на Карельский перешеек, недели через две только ленивый не ругал Бульбу за эти винтовки. Другие роты были вооружены старыми, добрыми, безотказными трёхлинейками. При этом, как говорится – и горя не знали.

Неожиданно в поле моего зрения возник начштаба Пителин. Он явно кого-то искал, подошёл к часовому, и тот показал в мою сторону.

Пришлось оторваться от стены и пойти навстречу товарищу капитану. Когда я вышел из-за вагончика, он всё-таки заметил меня в неровном свете костров и пошел навстречу. На улице было уже довольно темно, луна была закрыта облаками, и что-либо разглядеть, кроме темнеющих на белом фоне деревьев, было проблематично. Ещё на расстоянии метров трёх от меня Пителин прокричал:

— Черкасов, ты, что так долго?

Потом, перейдя на обычный тон, заявил:

— Я тебя уже полчаса у себя в вагончике жду. Что, отходил после встречи с начальством? Наверное, так захвалили, что у тебя в голове бриллиантовый дым заклубился? Небось, стоял и мечтал, как ты, большой военоначальник командуешь вверенными тебе войсками? Эх, лейтенант, если бы все обещания, данные начальством, выполнялись! Я тебе, как более опытный человек, повидавший много старших командиров, могу сказать одно.

Верь их обещаниям процентов на пять, и знай, начальство всё быстро забывает. Все звания, почести и другие блага обычно достаются тем прощелыгам, которые вертятся перед их глазами и лижут им задницу. А знаешь, почему? Да они сами такие же и, поэтому, в первую очередь, заботятся о личностях своей породы. В окружении подобных себе, им гораздо комфортнее жить. А ты, парень не такой. Чувствуется в тебе старая, казацкая ещё школа. Видно, что долг и честь для тебя, не пустые слова. Я тебе доверяю, Юра, и, поэтому, хочу по секрету сказать.

Он придвинулся вплотную ко мне и еле слышно начал говорить о наболевшем:

— Как военные специалисты, они из себя, как правило, ничего не представляют.

Продолжают мыслить категориями гражданской войны, когда можно было дружной массовой атакой опрокинуть малочисленные белые полки. А если не получалось, то отойти и разложить эти полки изнутри. Господи, и этих, горе командиров, ничему не научила Польская компания. Когда плохо обученная армия Пилсудского, буквально, наголову разбила Тухачевского, с его самыми лучшими частями, которые только были в Красной армии.