Я с трудом могла себе представить дракона кулинара, готовящего сахарные сладости, однако рецепты темных утверждали, что таковые в природе существовали. И все-таки угощать леди сладостями во время завтрака считалось дурным тоном.
Я задумчиво протянула руку к леденцу на палочке и полюбовалась крошечным отблеском пламени, застывшим в янтарной карамели, но когда захотела поднести конфету ко рту, ощутила леденящее оцепенение. Точно руку на мороз в форточку высунула! Рука сразу покрылась гусиной кожей, а вокруг нее разлилось зловещее зеленоватое сияние.
Вот так леденец!
19-4
Я быстро положила его на стол, но сияние не исчезло, а трансформировалось в изображение крошечного призрачного дракона. Он спустился на стол, потоптался по леденцу, уселся на него попой, после чего исчез.
И вряд ли эта демонстрация была вызвана лишь тем, что призрачный дракон терпеть не мог конфеты, приготовленные его более живым сородичем.
Призрачный дракон. Точнее, драконица. У меня не было сомнений, откуда она взялась, а сон, прежде казавшийся обычной грезой, приобрел совсем иной смысл.
Нет, теоретически призрака тоже можно было отнести к темным духам. И если в северной башне сейчас вовсю обживался светоч, то в южной теперь обитал темный дух призрачной драконицы
И она явно хотела быть полезной, поэтому и предупредила о конфетах.
Быстро осмотревшись, убедилась, что девушки пока что наслаждаются творожными запеканками и сливочными пудингами. Никто пока не прикасался к сладостям.
Я снова взяла в руки карамель, являющуюся кондитерским шедевром.
Такой конфетой хотелось любоваться. Возможно, что и драконица всего лишь потянулась к “прекрасному”. И подобное желание возникла не только у нее. Заметив, что и Кларисса протянула руку за конфетой, быстро притянула к себе всю вазочку.
Леденцы в ней были на длинных палочках. И казались изысканным искрящимся букетом.
— Истра, ты меня поражаешь, — холодно обронила светлая жрица. — Подобная жадность не красит леди. Совсем забыла, ты же не леди.
— Дай конфетку! — это уже Дара попыталась добраться до карамели.
Я же прижала вазу к груди, чувствуя себя бессовестно жадиной. Нет уж! Больше нельзя тянуть!
— Лорд Сартарэн!
Вскочив с места, я отхватила новую порцию ядовитого шепота от заклятых союзниц. Меня обозвали деревенщиной, которая позорит весь стол. Преподаватели уже привыкли к моим выходкам, поэтому смотрели скорее заинтересованно, чем осуждающе. Я же не сводила взгляда с лорда Сартарэна.
