Ни из арбалета, ни из рогатки, но начальству виднее. Скажет стрелять — буду. Главное, чтобы стоящие поблизости вовремя ложились.
— Пожалуй, я доверю адептке Эрн серый арбалет, — глубокомысленно произнес лорд Лин.
— А как же я?.. — робко поинтересовалась я, чувствуя заранее, что ответ мне не понравится.
— А на вас, госпожа Истра, у меня другие планы.
8-2
* * *
Магия иллюзий коварна и непредсказуема. Особенно когда иллюзионисту выдается карт-бланш. Лорд Лин разрешил ни в чем себе не отказывать и портить стрельбу парням так, как мне захочется.
А захотелось мне многое.
Для начала я облепила мишени белесым туманом, ухудшив видимость разметки, потом начала вредить стрелкам. Сложно сохранять концентрацию и попадать в яблочко, когда у тебя над ухом визжит летучая мышь. Надо отдать парням должное, мимо мишеней они не промахивались, но и безупречной меткостью похвастаться больше не могли. Потом Фейна, которую тоже заставили упражняться в стрельбе, догадался сбить мою иллюзию огненным пульсаром, еще и нагло подмигнула, намекая, что мне пора создавать вторую мышку.
Но творческие личности не повторяются, поэтому на смену мышке пришли комары.
Кровососов в Элькрасе хватало и многоногих, и двуногих и даже растениеобразных. Так что и вполне земным москитам тут тоже место нашлось. Рой мошкары носился перед парнями и противно зудел, действуя всем на нервы. Но добили всех не они, а моя счастливая физиономия. Всех безумно бесила наглая иллюзионистка, которой нельзя было надевать по шее. Почему? Отдельный вопрос.
Лорд Лин не сказал прямо, что мне нельзя вредить, но никто даже крошечного пульсара в мою сторону не запулил. И это вызывало недоумение. Джентльмены все или просто недогадливые?
Я вопросительно посмотрела на Сартарэна. Судя по каменному выражению лица главы Серого дольмена, определенно второе. Ну а я причем? Не мои ученики, не мне и воспитывать.
Наконец, Сартарэн не выдержал и вышел к мишеням, заставив всех страдальцев опустить арбалеты.
— Вот я смотрю на вас и думаю, то ли при наборе вам бессовестно завысили характеристики, то ли дни неги и спокойной жизни сказались на вашей сообразительности.
Задумчиво замечание заставило парней зло уставиться на меня. Стрелять больше никто не рвался, зато Ферран вскинул арбалет и натянуто улыбнулся:
— Истра, ты последняя.
Серьезно? Стрелять? Мне?
Я вопросительно уставилась на Сартарэна и получила в ответ кивок. Ферран вложил в мои руки арбалет предельно осторожно, словно гранату передавал.
